За углом конторы уже скопилась живая неприятельская сила. Выбежали несколько человек, попали под огонь из двух стволов, бросились обратно. Снова высунулись, стали стрелять. Это были солдаты Вермахта, обученные и боеспособные, не то что полицаи. У них были автоматы. Высунулся рослый боец и боком, приставляя ноги, стал вальсировать, при этом стрелял от бедра. Он повалился за кустарник, продолжал вести огонь. Выкатилась граната, рванула рядом с телом полицая. Повалила солдатня под прикрытием дыма, человек семь, не меньше. Автомат раскалился. Рядом кричал и транжирил патроны Асташкин. Кого-то зацепили, подстреленный взвыл как волк в ясную ночь.

Атаковать в лоб противник не стал. Это было верным самоубийством. Солдаты разбегались, искали укрытие. Вились на ветру полы шинели. Самый смелый за лёг посреди двора, за обугленным трупом полицая. За углом опять набухала человеческая масса, подошло подкрепление.

Мало времени в запасе. Совсем мало. Группа ещё не добежала до леса. Там одни доходяги.

– Асташкин, вали отсюда! – прокричал Глеб. – Это приказ! Да не вставай, ползком давай. Догоняй наших.

– А вы? – растерялся боец.

– Не пропаду. Умирать не собираюсь. Знаешь сколько планов на жизнь скопилось?

– Знаю, товарищ лейтенант! Ч хохотнул разведчик. – У самого этих планов громадьё. Впору в блокнот записывать. А в ваших планах значится жениться, товарищ лейтенант? Ну вы понимаете о ком я сейчас…

– Асташкин, вали отсюда к чёртовой матери! – заорал Глеб. – Считаю до трёх, два уже было.

Разведчика как ветром сдуло. Он откатился до угла коровника, потом проделал дугу нижними конечностями и провалился в сумрак.

Гибнуть в этой глуши Шубин точно не хотел. Он отползал, огрызаясь короткими очередями. Пот струился по лбу, соль щипала глаза. Из дыма что-то вынырнуло. Солдат метнул гранату и лёг, дожидаясь взрыва. А вот это событие лейтенант Шубин откровенно проморгал, внимание рассеялось. Граната упала в паре метров от него. Обычная немецкая граната, со смешной удлинённой рукояткой. Вихрь в голове. Он мог бы её отбросить, упади она под руку, а так. Никогда ещё он так быстро не бегал и так далеко не прыгал. Невиданная сила сорвала лейтенанта с места, швырнула за угол. Он упал на землю в тот момент, когда сработал взрыватель. Взрывом расщепило доски. Угол коровника стал дырявым. В ушах надрывался скорбный благовест.

Шубин машинально пополз дальше, потом поднялся, нащупав обронённый автомат, тяжело побежал к соседнему сараю, вырвался к плетню. Перед глазами лежало заснеженное поле. На нём отчётливо выделялись фигурки. Эти инвалиды ещё не добежали до леса. Бежали впрочем не все, кто-то лежал, готовясь прикрывать командира.

– Товарищ лейтенант, сюда, – человек махнул рукой. – Это я, Уткин.