Возможно здесь проводилось совещание с участием высоких чинов. Это было очень интересно, но вряд ли имело касательство к группе Шубина. Даже махровый авантюрист не сунется в деревню, набитую вражескими солдатами. Но всё равно это было интересно.

– Вижу парочку штабных машин, товарищ лейтенант, – подал голос Левашов. – Немцы двигатели одеялами греют. Достукались, чёртовы арийцы! Хотя, с другой, стороны как их ещё завести. Можно, конечно, паяльными лампами погреть, или керосинками, или в тёплое помещение загнать, только где его взять. Офицерьё в деревне собралось, товарищ лейтенант.

– Да понял уже, – буркнул в ответ Глеб. – Смотри внимательно, может ещё что заметишь.

Усилилась позёмка. Завыл буран. Ветер проникал под одежду, острые иглы вонзались в кожу. В деревне что-то происходило. Пробежали несколько человек, на вид не солдаты, но вроде с оружием. Глеб прислушался, неужели музыка. Перехватил удивлённый взгляд Левашова, пожал плечами. Ветер дул в деревню, звуки музыки относило в дальний лес. Видимо патефон подсоединили к громкоговорителю и крутили бравурные марши по заявкам сельских радиослушателей.

"

"Небо потемнело, тучи опустились совсем низко. В буране наметились просветы. Снова в деревне началось оживление. Из Булатово выехал бронетранспортёр, набитый солдатами. Они покачивались в грузовом отсеке. За БТР шла легковушка с высоким клиренсом и мощным стальным радиатором. Глеб насторожился. Левашов тоже заинтересовался, надел как следует перчатки.

Колонна шла неспешно, буксовала снегу, но рано или поздно должна была проехать мимо. От этой мысли в горле стало сухо. Машины приближались, газовали в низинах, потом беспрепятственно проходили возвышенности проезжей части.

В БТР сидели не меньше десятка вооружённых солдат. Понемногу проявлялись серые лица. Легковой «Опель» тоже не пустовал.

– Товарищ лейтенант, ну и дела, – возбудился Левашов. – Прямо к нам идут. А что, забросаем грузовой отсек гранатами. Пассажиров «Опеля» тоже постреляем. Заберём самую крупную шишку и ходу до леса. Успеем. А, товарищ лейтенант! Здесь бежать-то всего ничего, если не мешкать, – и смутился под строгим взглядом.

– А я считал тебя здравомыслящим человеком, Левашов, – вздохнул Глеб.

– Наши в поле лежат. Как мы их подготовим? Вдвоем действовать будем? И вообще хреновая идея. Силы неравные, будут потери. Мы в чистом поле, а повсюду немцы. Жертвовать людьми ради офицерской шишки? Шум будет, из деревни придёт подкрепление. Добежим до леса, а что дальше? С обратной стороны фрицев не меньше. Возьмут в клещи и отправят к такой-то матери. Так что давай без легкомысленных инициатив, добро?

– Договорились, товарищ лейтенант, – смущённой пробормотал боец. – Они мимо нас проедут.