"

"Наверху раздался шум. Узкий луч света пристрелил сумрачное пространство. Дыхание перехватило. Он не слышал как немцы приближались к лестнице. Значит не всё ещё смотрели. Волосы встали дыбом. Он машинально вскинул руку с пистолетом, одновременно уходя в сторону. Луч фонарика осветил подножие лестницы, едва не коснулся лейтенанта, скользнул к потолку, запрыгал по стенам. Будь он менее направленным пришлось бы туго.

В тот миг, когда пучок света блуждал по стене Шубин шмыгнул в нишу, протиснулся в узкую щель между косяком и дверью, стал её медленно закрывать, не теряя ни секунды. Немцы спускались осторожно, светили себе под ноги. Это и спасло от сокрушительного фиаско. Он мог бы их перестрелять, но так хотелось сохранить инкогнито. Слишком много ошибок уже совершили до этого.

Диверсанты ничего не заметили, продолжали спускаться, о чём-то говорили. Рука плавно вела засов под скобу. Ржавое железо предательски поскрипывало, сопротивлялось нажиму, запор замкнулся. Глухие голоса звучали как из потустороннего мира. Немцы уже спустились, стали осматриваться.

– Жутковато здесь, Гельмут. Герр Прайслер говорит, что это наверное монастырь.

– По мне хоть кирпичная фабрика. Я видел пару раз старые замки в Европе, они совсем другие. Здесь воздух другой, миазмы кишат, словно привидение тебе в затылок дышит.

– Не выдумывай, Ганс, – отозвался второй. – Какие ещё привидения? Это запах русских монахов ещё не выветрился, – солдат затрясся от смеха. – По мне так лучше здесь, чем на улице. Последние сутки были ужасны. Такое ощущение что мы находимся на Северном полюсе. Почему она сразу не предупредили, что в России так холодно? Хотя уверен, это бы нас не остановило. А это что? – солдат толкнул дверь. Запор держал дверь, не шелохнулась. – Нас не хотят пускать, Ганс, – констатировал немец. – Это унизительно! – оба засмеялись. – Как ты думаешь, что там может быть?

– Я думаю о печке, приятель, – не покривил душой сослуживиц. – И мне глубоко безразлично, что находится за этой дверью. Что бы там ни было, через полчаса мы уйдём. Наверное подвалы, может какие-нибудь фамильные склепы, какая разница…

– Но почему заперто?

– Не знаю. Может тут всегда заперто. Шевели ногами, дружище. Мы проверили свою часть замка. Надо отдохнуть, пока герр майор нам ещё что-нибудь не придумал.

Дверь оставили в покое, кто бы возражал. Она могла быть не единственной, за которую не смогли проникнуть люди. Что мешало киношникам запереть часть помещений, когда они покидали эту обитель. Солдаты покинули тамбур, удалились в холл. Дверь, по-видимому, оставили приоткрытой.

Шубин не шевелился, рано успокаиваться. Могут доложить начальству про запертую дверь, ведущую в неизвестность. Если у начальства шило в заду, то снова придут.