Признаваться не хочу, но ведь мы почти…

Я лежала там, в машине, и готова была, с прошлой жизню распрощаться и открыть двери в мир большого секса. И это нормально, ведь мне не восемнадцать давно.

Но все таки это же Рождественский, старший сын Регины, невесты моего отца. И у него есть два брата.

Я лишь с Ником не целовалась, а Виктор успел потрогать меня, и это так дико, так порочно, где была моя голова?

- Короче. Какое мое предложение, - не отстает Вика и берет меня под руку. - Сюда, - тянет она меня к столику на четыре персоны. - Я здесь сидела. Вот, - подруга двигает стул, на спинке которого болтается ее меховая жилетка.

Сажусь напротив нее.

По залу разгуливают официанты с напитками. И я бы чего-нибудь выпила сейчас, с большим удовольствием, чтобы сразу в голову дало, бабахнуло, расслабило, и выбило из меня эти навязчивые мысли.

- Итак, дорогая, - Вика закидывает ногу на ногу. Изображает светскую львицу, ей всегда нравились вечеринки, на которых гуляют позолоченые мажоры, льется рекой шампанское и перед носом размахивают платиновыми картами. - Что мы имеем, - она отпивает из трубочки и грудью ложится на стол, - тебя приняли за проститку.

- И тебя тоже, - напоминаю.

- Да. Сейчас они вернутся сюда, - глазами Вика показывает на выход. - И мы должны сразу решить, как будем делиться.

- То есть? - подаюсь вперед.

- Алиса, я не дура, - Вика пьет коктейль, и я вижу, ее уже слегка повело. - Женщина всегда чувствует такие вещи. Когда ты мужчине интересна - это по его поведению считывается элементарно. Интереса в свою сторону я пока не заметила. Но, - она выставляет палец вперед, блестит красный ноготь. - Я по натуре охотница. И своего добьюсь, ты знаешь.

Киваю.

В прошлом году Вика парня увела у нашей одногрупницы. Девчонки ее не любят за это, но я не согласна, он же не теленок из стойла в стойло кочевать, виноваты оба.

- Ты мой дар убеждения знаешь, - вещает подруга. - Все разговоры с Рождественскими я беру на себя. Объясню про сауну. Но, Алиса, - Вика щурится. - Лакомые куски, целых три. И все тебе - это несправедливо. Я не отступлю. Мне самый старший нравится. А тебе?

Мну край черной скатерти, исподлобья смотрю на нее. Самый старший только что между ног меня целовал, о чем она, вообще, говорит.

Средний успел мне под юбку залезть.

А младший…

- Вик, - начинаю и вздрагиваю, когда на плечи ложатся чьи-то ладони.

И за спиной звучит этот невозможно тягучий, волнующий голос Арона.

- Освоились уже, девочки? Как праздник? Давайте для начала выпить закажем, что ли. И пообщаемся.

Арон обходит меня. Двигает соседний стул и усаживается, широко расставив ноги. Складывает ладони на столе.

И смотрит на меня.

И в теле сразу вспыхивают ощущения, маково-красным цветом цветут. Его поцелуи между ног. И его руки, властно сжимающие мои бедра.