И я точно знаю - это пикантнее любого блюда любого ресторана с тремя звездами Мишлен.

- Просто расслабься, - советует Тина и оттягивает резинку боксеров.

Память живо подсовывает мне машину, Алису в соседнем кресле, мою ладонь на ее затылке, и острые ощущения, ее горячий рот, и те звуки.

Которые крышу срывают напрочь.

В глазах темнеет, рукой зарываюсь в мягкие волосы, тяну к себе, требую:

- Давай, Алис.

Тина вскидывается. Дергается, ойкает, хватается за голову.

На пальцах остаются ее волосы, смотрю на них. И улыбаюсь - это всё, это провал, мне двадцать восемь лет и много женщин меня любило, а вот сам я впервые в жизни пропал.

Алиса

Ставлю на стол поднос с грязными тарелками и смахиваю пот со лба.

Пятница.

И у меня тихонько едет крыша, народу - океан, и так шумно, словно новый год на дворе.

Но зато пообещали хорошие чаевые, а это в моем положении главное.

Сдвигаюсь в сторону и подхватываю свой стакан с недопитым соком, делаю несколько больших глотков.

- А ты опять прохлаждаешься, - за спиной бурчит недовольная Вика и толкает меня локтем. Сбрасывает на стол поднос и поворачивается. - Дай мне тоже.

Она выхватывает у меня стакан.

- Устала, - жалуюсь и шевелю забинтованным указтельным пальцем."

"Жарко, и кожа чешется, но это на всякий случай. Если вдруг папа вычислит, где я и примчит за мной, заставляя подписать его бумажки - я предъявлю ему бинт.

Я ему уже сказала. Что сломала палец и ничего подписать пока не смогу, бросила трубку и отключила телефон.

И вот, несколько дней ночую в сауне, мне после смены разрешают остаться, это лишь на первое время, а потом можно что-нибудь придумать.

Обязательно.

- Фух, - Вика брякает стаканом об стол и с сожалением косится в коридор, из которого раздаются громкие веселые голоса. Мы помирились, и будто не было этой недели, я ее просто мысленно вырезала из жизни, и семью Рождественских тоже.

И делаю вид, что мы только сегодня пришли с Викой в “Пантеру” на стажировку.

Но каждый раз вздрагиваю, когда с подносом шагаю мимо закутка и кадки с пальмой, и все время жду, что из зала вот-вот появится голый волосатый сексуальный мужик с порочной улыбкой и прижмет меня к стене.

- Ты, кстати, в зале с финской парной сегодня была? - спрашивает Вика, когда мы вместе выходим в коридор. - Там гуляют какие-то крутые перцы. От денег карманы лопаются. Причем один с женой, та-а-кая мерзкая баба, - тянет Вика, - вот объективно, мне двадцать два, а ей пятьдесят, ну неужели этот чувак не видит разницы? Но я туда заходила с шампанским, а он только на свою тетку стремную пялится.

- Любовь, - выдыхаю и резко торможу на полпути, вижу впереди высокую мужскую фигуру, облокотившуюся на стойку и не понимаю - это моя фантазия…или это, правда, он.

Стоит, разговаривает с администратором.