Не забудем мы и другого…

Когда Влад выписался из больницы, начал одолевать меня звонками и сообщениями под предлогом беспокойства о моем самочувствии, а когда Лена проболталась ему, что я беременна, примчался сам… и был радушно встречен медведем. Ну, Раф и так долго терпел все эти домогательства с его стороны. И я позволила ему оттянуться по полной. Он полчаса гонял бывшего вокруг его машины, пока тот не влез на крышу, а с нее не кувыркнулся через окно на водительское сиденье, как каскадер, и был таков! Прытко, однако, он выздоровел….

Конечно, нужно было с Владом тоже как-то разобраться, ведь он остается отцом моих детей, и нам все равно нужно будет найти общий язык. Но все потом. Сейчас мне не хотелось ни на что тратить усилия, кроме своих детей и личной жизни. Меня вообще мало что могло потревожить. Беременность сделала меня какой-то спокойной. Я немного не узнавала себя, но такая я мне нравилась гораздо больше. Ну а что тут удивляться, если живешь с медведем? Раф говорит, что он ещё и одаренный какой-то, но я пока решила притормозить с сюрпризами. Все, что мне было нужно — он, лето, пусть и подходящее к концу, и котлеты….

— Слушай, я тут новый рецепт котлет подсмотрела… с кинзой и базиликом, — и обернулась я от стола.

— Звучит, как неплохой план на будущее, — очаровательно улыбнулся он. — Иди сюда…

*****

Мы стояли с отцом на крыльце Мышкиного дома. С бокалами, которые он привез в подарок в дополнение к бутылке виски. Я не мог стянуть временами виноватую улыбку, но с каждым глотком напитка становилось легче.

Бокал с виски из его рук всегда значил для меня возвращение домой. И это вышло очень символично, что он привез это все сюда, принимая мой новый дом без лишних слов.

— Она хорошая очень, — заметил отец, бросив взгляд на свет в окне. — Ценит тебя. Бережет и уважает."

"— Да, — кивнул я. — Я…. счастлив с ней.

— Я рад за тебя.

Мама с Наташей остались в гостиной обсуждать беременность и ее особенности. Наташа все равно переживала из-за возраста, и я никак не мог ее от этого отвлечь… Ну, надеюсь, что маме удастся ее успокоить.

— Пап, я ухожу из отдела.

Он не был удивлен.

— Я так и думал, что уйдешь.

— Не только из-за Наташи и ребенка. Я уже просил у тебя прощения, и хотел бы ещё раз попросить. Мне правда очень жаль, что у меня заняло десять лет, чтобы принять тебя и твое прошлое.

— Тебе не за что просить прощения, Раф, — возразил он. — Это был твой путь. Моя жизнь не могла не повлиять на тебя. Твоя, в свою очередь, повлияет и на твоего сына. И у него будет свой путь, свои решения.

— Мой вышел всяко легче. Иногда мне кажется, что я хотел разделить с тобой то, что ты пережил. Чтобы… не знаю… — Я помолчал. — Глупая идея.

— Продолжай, — попросил он.

— Ты смог изменить свою жизнь из полного минуса в полноценный плюс.