Наверное, какой бы урон ни нанесла мамаша ее сексуальному самосознанию, Колдунов давно все исправил, решила Диана.

– В детстве и юности, принимая решения, даже самые важные для себя, я руководствовалась только одним критерием – как на это посмотрит мать, – призналась Катя. – Собственные интересы я в расчет не принимала.

Диана ополоснула нож и разрезала торт на аккуратные куски.

– Как у вас это красиво получилось! – восхитилась Таня.

– Многолетняя практика. Папа всегда был выше прозы жизни. Сами понимаете, оттачивать одновременно ум и ножи довольно сложно.

– Я вспомнила анекдот на эту тему. – Таня улыбнулась. – К женщине пришел женатый любовник, сделал дело, и она его попросила поточить ножи. Он говорит: давай. Работает и думает: интересно, а у меня дома кто ножи точит?

Посмеялись и стали есть торт. Диана взяла себе самый маленький кусочек, чтобы побольше осталось детям. Отпив чаю, она подумала, какой же он невкусный. А ведь всю жизнь пила именно этот сорт, и он ее устраивал… В доме Розенберга хранились запасы лучших сортов чая, и, привыкнув к ним, она чувствовала, что напиток детства буквально не лезет в горло.

Как все-таки быстро человек привыкает ко всему хорошему…

– Девочки, слушайте, а у вас бывают такие моменты? – вдруг спросила Таня и вытаращила свои и без того круглые глаза.

Диана посмотрела на нее с удивлением.

Катя хихикнула и смущенно призналась, что да, бывают."

"– Да не такие, а такие! – засмеялась Таня. – Не знаю даже, как это объяснить… Вот мы с мужем очень дружно живем, друг друга с полуслова понимаем. Но как бы хорошо нам ни было, как бы ни старались мы доставить друг другу удовольствие, бывают такие моменты… Ничего особенного вроде не делаем, просто чай, например, пьем, или я картошку чищу, и вдруг так посмотрим друг на друга… Не целуемся, ничего не говорим, но понимаем, что мы – одно.

И так нам спокойно, так легко становится. Вы понимаете, о чем я?

Катя серьезно кивнула. Диана тоже, чтобы не отстать от новых подруг.

Вскоре Розенберг забрал ее, заодно и Таню подвез до дому.

«Если я подружусь с Таней, у меня будет предлог бывать в клинике, – думала Диана. – Правда, ей недолго уже осталось работать, тем более нельзя терять времени.

Я приеду ее навестить и увижу Стасова. Хотя… Зачем он мне нужен? Зачем видеть человека, который разрушил мою жизнь, лишил меня веры в самое важное, самое главное счастье женщины?»

Если бы они тогда не пошли с Женькой в кафе и не встретили там Стасова! Если бы ее любовь осталась безответной, но чистой! Она переболела бы им, встретила настоящую любовь и была бы счастлива.

Диана почувствовала, как со дна ее души, словно доисторическое чудовище, поднимается тяжелая ненависть к Володе.