Бывшие ассистенты Розенберга успешно прооперировали первых клиенток, правда, пока они брались только за самые простые операции, но лиха беда начало.

А Диана уже изучала инфраструктуру клиники и знакомилась с поставщиками. Она очень боялась, что, пользуясь ее некомпетентностью, ей могут продать какую-нибудь дрянь, – к сожалению, такие случаи не редкость в косметическом бизнесе, она об этом слышала. На фоне хозяйственных проблем работа с персоналом уже казалась ей сущим развлечением.

Но деловые хлопоты не могли унять тоски по мужу. Даже внезапно начавшаяся сессия, в которую она входила с кучей хвостов, нисколько ее не отвлекла.

«Разве важно, с какими оценками я перейду в следующий семестр и перейду ли вообще, если Розенберга не будет рядом? Да, я выходила замуж без любви, и я даже не знаю, полюбила ли его потом, но мне без него очень плохо. Какая разница, что я нашла поставщика хирургических ниток, который берет на двадцать процентов дешевле, ведь я не могу поделиться этой новостью с мужем?»

Иногда он звонил, интересовался, как идут дела. Диана сдержанно рассказывала о своих личных обстоятельствах и начинала подробный отчет о событиях в клинике, но, похоже, Розенберг полностью утратил интерес к тому, что совсем недавно занимало все его время. Он перебивал Диану, говорил, что рад ее успехам, и торопился попрощаться. Она спрашивала, где он находится и когда вернется, но он отвечал уклончиво.

Неужели он решил на всю жизнь оставить ее соломенной вдовой?

После каждого такого звонка Диана плакала, а на следующий день опять старалась забыться в работе и учебе.

Она неплохо сдала сессию – возможно, потому, что университетские преподаватели хвалили ее светлую голову, и Диане не хотелось их разочаровывать. А работать в клинике заставляло чувство долга перед детьми Розенберга. Ей казалось, что, если она не выжмет из клиники максимальный доход, значит, обездолит девочек.

Время тянулось очень медленно, пока она привыкала к своей тоске, а когда привыкла, оно полетело, как на ракете.

Вдруг наступила весна, и оказалось, что ее муж отсутствует уже пять месяцев. Диана курила на крыльце петергофского дома, угрюмо глядя на голые мокрые деревья и раскисающие газоны.

Она ненавидела весну за то, что та пришла, а Розенберга все нет… Где он? В Лондоне? Или в Магадане? А может быть, отправился в Голливуд и предлагает там свой опыт пластического хирурга?

В ворота позвонили, Диана нажала на кнопку, и на дорожке показалась кругленькая фигурка с коляской – Таня Миллер с маленькой дочкой Катенькой. За время отсутствия Розенберга Таня очень помогала Диане советами, хотя сама после рождения ребенка не работала.