Это твое решение проблемы.

Тренер откинулся на спинку кресла как раз в тот момент, когда раздался стук в дверь.

— Папа? Я готова уйти, если ты готов.

Нежный, нерешительный голос Лили был подобен шипам, терзающим мою кожу. Я не мог смотреть на нее, не мог заставить себя.

— Хорошо, Лилс. Иди к грузовику, я скоро выйду.

— Ладно. — Взгляд Лили скользнул по мне, а затем она отвернулась.

— Самое важное, что ты должен понять, — это то, что дома никому до этого нет дела. Тебе все еще рады в нашей семье. Ничего из этого не изменит ни твоего положения, ни того, как мы к тебе относимся, Кейд.

— Значит, Вы меня не боитесь? — спросил я, страх и гнев бурлили слишком близко к поверхности.

Тренер сделал паузу, сверля меня взглядом.

— А я должен бояться?

Я сглотнул, не находя слов для ответа.

Он вздохнул.

— Что бы ни случилось, ты был ребенком. Я не боюсь тебя, Кейден, никто из Уильямсов не боится, и это не изменится. Ты больше не тот человек, о котором говорится в статье. Давай на этом и остановимся.

Он встал, чтобы уйти, и я последовал за ним. Он ошибался. Я все еще был тем человеком, поврежденным безвозвратно, готовым лгать, обманывать и воровать, чтобы выжить, и была одна Уильямс, которой стоило меня бояться.

25. Лили

Выполнение домашнего задания по биологии заняло больше времени, чем обычно, потому что я постоянно отвлекалась. На выходных я была занята Евой, работой и другими уроками. А понедельник прошел как в тумане из-за важной контрольной, и я видела Кейдена лишь мельком в коридоре. О, и во снах. Он снился мне каждую ночь, и теперь сны стали более подробными.

Но больше всего меня отвлекало электронное письмо, которое я получила сегодня утром. Досрочное поступление в колледж моей мечты и приглашение на эксклюзивную летнюю программу в Калифорнии.

Это предложение было даже лучше, чем я мечтала. Странно, но первым моим чувством, когда я прочитала письмо, было разочарование и здоровая доза тревоги. Было очевидно, что это говорило обо мне. Даже когда мои мечты сбывались, я находила повод для ненужного беспокойства. Однако в данном случае у меня было много причин для беспокойства, и все они сводились к двум людям, стоявшим на кухне, когда я позже вошла поужинать.

Кейден накрывал на стол. Казалось, над его головой сгустилась черная туча, и он даже не посмотрел на меня, когда я присоединилась к раскладыванию тарелок. Отец был напряжен; я поняла это, поскольку он пил пиво. Обычно папа приберегал алкоголь для выходных или победы.

— Хочешь, Кейд? — предложил он.

— Эрик! — отругала его мама.

Я была шокирована этим предложением.