Оказывается, у нас в гостях были два брата Савельевых, Ваня, Сергей Орлов и лекарь Коган.

— Ну что, Григорий Афанасьевич, дождались-таки разбирательств? Ещё немного и вам вернут всё, что отобрали, — улыбнулся лекарь.

Он держал в руках кружку, от которой поднимался ароматный пар чая.

— Тьфу-тьфу-тьфу, не сглазить бы, — дед сплюнул через левое плечо и три раза постучал по косяку двери.

Странно, не знал, что такой примитивный ритуал помогает от сглаза. При случае надо будет опробовать.

— Григорий Афанасьевич прав. Впереди суд. Еще неизвестно, что там могут выкинуть лекари. Как мы уже убедились, они способны на всё, что угодно, — проговорил князь Савельев."

"Мы с дедом сели за стол и рассказали обо всём, что узнали.

— Сильно рисковал Распутин, когда всё это затевал. Кажется мне, он так просто не сдастся, — задумчиво проговорил граф Орлов.

— Пусть только рыпнется. А ему…Ух! — дед сжал кулак и потряс им.

Я же был согласен с Орловым. Распутин вряд ли смирится и позволит Филатовым «победить». Нужно быть начеку…

Глава 25

Время тянулось медленно. Я знал, что в Москве идут разбирательства. Последовательно опрашивают всех, кто присутствовал во дворце во время покушения на наследника. Кого-то определяли как соучастника преступления. Кого-то, как свидетеля.

Глава тайной канцелярии, которому мы звонили почти каждый день, отвечал, что следствие идёт, и скоро дело передадут в суд, но никаких подробностей из него невозможно было вытянуть. О том, что происходит, мы узнавали от Когана, который с радостью делился с нами информацией, ужиная в нашем доме.

— Дмитрий Григорьевич, я сегодня выяснил, что параллельно с покушением на наследника ведётся дело в отношении вас, но уже как потерпевшего, — сказал Авраам Давидович, размешивая сахар в чае. Только что он съел кусок сочного стейка с картофельным пюре. — Мой отец утверждает, что Распутин, Боткин и Мичурин пойдут по обоим делам, как виновные. Правда, Мичурину, к нашему счастью, грозит меньше всего. Зато остальные получат по полной.

— Жаль, что Юсупова убили. Я бы хотел посмотреть, как этот подонок горбатится на каком-нибудь руднике в кандалах, — процедил сквозь зубы дед. — Вот мне интересно, что станет с лекарскими родами виновных патриархов? Их также, как и нас, лишат всего и оставят прозябать в нищете, или только к нам были так суровы?

— Этого знать не могу. Как суд решит, — развёл руками Коган.

— Вы не знаете, нашли артефактора Грачёва? — спросил я и протянул яблоко Шустрику, который сидел у меня на плече.

— Про это ничего не знаю. Но вряд ли смогут. Он умнее всех оказался и сбежал до того, как следствие началось… Подайте, пожалуйста, вон то блюдо с печеньем… Спасибо.

— Авраам Давидович, есть ли у следствия вопросы к вашему отцу? — уточнил Дмитрий.