Хотя, если честно, я считаю, что очень опасно иметь дело с такими зверьми и лучше не держать их поблизости от людей.

— Согласен. А зачем вы мне всё это рассказали?

— Боюсь, в лечебнице не смогли помочь покусанным работникам. Если сегодня-завтра ситуация не изменится, их перевезут в лечебницу другого рода, что очень плохо отразится на репутации Коганов. Мой почтеннейший отец очень переживает из-за этого.

— Не понял. Что именно не могут сделать лекари? Обработать и зашить раны? — удивился я.

— С этим они могут справиться с закрытыми глазами, — отмахнулся Авраам Давидович. — У раненых началась, как предположил мой отец, волчья лихорадка. Именно с ней не могут справиться наши лекари.

Ни о какой волчьей лихорадке я не слышал, да и память Шурика по этому поводу молчала.

— Вы хотите, чтобы я сделал жаропонижающее и восстанавливающее средство?

— Да, но для начала вам лучше поехать туда и уже потом решать, что делать, — туманно ответил он.

Ага, значит, дело нечисто. Что это за лихорадка такая?

Я хотел узнать подробности, но он раз за разом повторял, что мне лучше сначала наведаться в лечебницу его отца. Ну что ж, придётся ехать. Авраам Давидович не отказал нам в помощи, поэтому я им тоже помогу. Всё-таки пока получается, что Коганы — единственные лекари, которые хорошо к нам относятся и готовы прийти на выручку.

— Хорошо, я поеду в Москву, — сказал я.

— Отлично! Я таки не сомневался в вас, — обрадовался он. — Ехать надо немедленно, поэтому я отправлю за вами машину с водителем. Поедете быстро и с комфортом.

— Вообще-то у меня есть машина, — я указал на старенький седан, припаркованный у ворот.

— А вы уверены, что она не сломается по пути? — с сомнением спросил он, разглядывая автомобиль.

— Хм, вы правы, — согласился я. — Тогда, лучше на вашей."

"— Я таки знал, что вы согласитесь, поэтому водитель уже предупреждён. Когда будете выезжать? — он посмотрел на наручные часы.

— В самое ближайшее время. Только подготовлю несколько средств, которые могут пригодиться.

Я пообещал, что позвоню, когда буду готов, и мы попрощались.

Вчера весь день я вместе с остальными членами семьи провёл у постели Дмитрия. Если родные просто с любовью разглядывали его, гладили его руки, говорили приятные слова, я же был в раздумьях. Чтобы восстановить печень или наладить работу почек, много ума не надо, а вот с разрушенным источником дело намного серьёзнее.

В моём мире нет аномалий, поэтому никто не подвергался такому сильному магическому фону, как отец моего тела. Однако в соседнем царстве существовало наказание для провинившихся магов, когда жрецы разрушали их источник, а затем помещали в темницу.

Маг, лишённый энергии, быстро старел, заболевал и умирал.