Ну а Аня, конечно же, не помнит, в чем ходит ничтожная «Хрюха», и не опознает ее, особенно если закрыть лицо шарфом.

Выбросив окурок, Оксана подошла к Ане и, не наклоняясь, посмотрела ей в глаза. А когда девочка попросила о помощи, коротко и сильно, без замаха, ударила ее ногой в живот.

– Ты думала, что украла мою жизнь? – спросила Оксана хрипло. – Нет, извини! Я заберу свое!

С каждым ударом ей становилось все легче, а когда она наступила на ненавистное лицо, внутри будто лопнул какой-то нарыв, мешавший жить в полную силу.

Лишь много позже она подумала, почему Аня не кричала. От страха, или Света ушибла ей область гортани? Но как бы то ни было, девочка лежала тихо, и Оксана утратила осторожность.

Все равно чего-то не хватало. Оксана огляделась. Невдалеке валялся Анин пакет, из которого торчал кусок новогодней гирлянды.

Оксана осторожно, не снимая перчатки, вытянула ее и разложила на Анином теле – и внезапно ощутила такое космическое счастье, такое спокойствие, что даже удивилась. Она и не подозревала, что в тусклой и постылой реальности возможно подобное переживание.

В окрестностях по-прежнему никого не было. Вечер, все заняты предновогодними хлопотами, украшают елки под ласково воркующий телевизор, и как бы ни была красива Аня Лисовец, сейчас до нее никому нет дела.

Оксана засмеялась и отошла подальше.

Метрах в двухстах от школы стоял высокий старый клен, за стволом которого вполне можно было спрятаться.

– А ну-ка! – от пришедшей в голову мысли Оксана радостно засмеялась.

Скрывшись за деревом и закурив новую сигарету, девочка, мимоходом удивившись, как это ее не тошнит от такого количества никотина, вызвала в памяти, как и куда Света с подружками убегали со школьного двора.

Ага, если встать так, то тело Ани не видно. Можно ли на таком расстоянии и при таком освещении узнать человека в лицо? Ну так мы и не станем ничего утверждать, просто у Светочки папа директор универмага, и он может покупать любимой доченьке дефицитные импортные вещички со светоотражающими полосочками. А Светочка любит раздаривать подружкам белые трикотажные шапочки, каких больше ни у кого нет…"

"– Вы не хотели замечать «Хрюху» и брать ее в свою компанию? Ладно. Это был ваш выбор, а не мой! – Оксана снова засмеялась и в превосходном настроении отправилась домой, не забыв прогуляться еще часок, чтобы выветрить запах сигарет.

Она дождалась, пока тело Ани обнаружат и обстоятельства ее гибели станут известны каждому первокласснику. Целый час просидела дома, пытаясь заплакать, но радость оттого, что ненавистной Ани больше не существует, пересиливала все. Хотелось петь и танцевать и всем рассказывать, что есть все-таки в мире справедливость, и Лисовец получила по заслугам за то, что украла ее жизнь.