– Елисей просит их покинуть квартиру, – продолжал я, – никакой отравы."

"Доктор кивнула.

– Понятно, только не нервничайте. Иван Павлович, я не уверена, что с насекомыми можно договориться. И уж точно слова данного специалиста не могли травмировать Демьянку.

Я рассказал про явление Елисея в костюме таракана.

Людмила расхохоталась.

– Иван Павлович, я бы тоже на бок рухнула, увидев прусака размером с мужчину. Похоже, вам лучше стало, вы порозовели.

Я встал.

– Спасибо, мне уже хорошо. Не знаю, что случилось со мной, от чего я впал в панику, но сейчас снова дееспособен.

– Я приведу Дему, – пообещала Люда и ушла.

Старушка, которая молча слушала мой рассказ, погладила кошку и тихо осведомилась:

– Ваш психолог только с тараканами работает?

– Возможно, с муравьями тоже, но точно не знаю, – ответил я.

– Дайте телефончик, – не успокаивалась бабуля, – хочу деда моего отговорить пиво литрами выдувать!

– Рогов работает исключительно с насекомыми, – ответил я, – и я не уверен, что его метод помогает.

– Мой муж от таракана ничем не отличается! – заявила старушка.

На мое счастье, в холл вышли Людмила с Демьянкой. Я взял поводок, хотел расплатиться, но главврач отказалась от денег.

– Иван Павлович, я ничего не делала, просто осмотрела Дему!

Домой я вернулся в недоумении. Что случилось? Почему вдруг я чуть не потерял сознание?

Елисея в квартире не оказалось, Боря при виде меня развел руками.

– Странный травильщик. Он продолжит работу завтра утром.

– Почему? – спросил я. – За один раз не получилось?

– Ментальная перефокусировка – дело не быстрое, – с самым серьезным видом принялся объяснять Борис, – проводить ее надо с соблюдением разных правил. Второй сеанс необходимо начать в пять утра четыре минуты пятьдесят три секунды.

– Вы шутите, – засмеялся я.

– Серьезен, как никогда, – возразил батлер, в глазах которого прыгали чертики, – если не соблюсти временное расписание, результат первого сеанса аннулируется. Тараканы потеряют психический луч.

– Психический луч, – повторил я, – ну тогда конечно. Вот только вставать ни свет ни заря, чтобы дать возможность прусакам беседовать с их личным психотерапевтом, я не намерен.

– У Елисея нет машины, – пояснил Боря, – он живет в Подмосковье. Короче, Рогов останется в офисе на ночь. Уходить он наотрез отказался, объяснил, что не привык бросать дело, не получив результата.

Я пошел в столовую, говоря на ходу:

– Сейчас решу проблему. Телефон у меня в трубке, поговорю с тем, кто принимает заказы.

– Что надо? – спросил уже знакомый голос.

– Подушкин беспокоит, – назвался я, – у нас сейчас находится Елисей.

– Что не так? – понизил голос мужчина.

– Все хорошо, – заверил я администратора, – готов оплатить его услуги. Но завтра продолжать не надо.