Я рухнул на стул, и тут ко мне разом вернулись все чувства. Нос уловил запах дезинфекции, горло пересохло, в желудке застыл ледяной ком, по ногам пополз холод. Я заклацал зубами. Милая дежурная на ресепшен до сего момента сидела тихо, но сейчас она встала и спросила:

– Иван Павлович, налить вам горячего чаю? Вы прямо синий.

– Буду премного благодарен, – еле-еле ворочая языком, ответил я.

И тут в приемную вернулась Люда. Я посмотрел на нее и понял, что выражение «перевернулось сердце», которое всегда казалось мне глупым, самая настоящая правда. Орган, который заставляет кровь бежать по жилам, на самом деле может перекувыркнуться. Более того, может провалиться в желудок, именно это сейчас со мной и произошло.

– Иван Павлович, – тихо и печально сказала Людмила.

– Пожалуйста, говорите правду, я готов ко всему.

– С вас пара бутербродов с сыром, – заявила заведующая ветклиникой, – я отвернулась на секунду, а Дема не растерялась и слопала мой обед. Вообще-то я сама виновата. Знаю ведь, с кем имею дело, и оставила сэндвичи без присмотра.

– Она жива? – выдохнул я.

– Кто? Демьянка? – засмеялась Людмила. – А что с ней станется!

– Дема потеряла сознание, – напомнил я, – вы у меня собаку взяли и живо умчались.

– Забрала красавицу, потому что увидела синего господина Подушкина, – объяснила Людмила, – решила, что вы гуляли с собакой и вам стало плохо. Знаю вашу любовь к Деме, подумала, что вы из последних сил схватили любимицу и к нам приползли, хотели, чтобы мы присмотрели за псиной.

– Она находилась в обмороке, – настаивал я.

– Ни секунды, – засмеялась врач, – а вот вы похожи на покойника. Давайте померяем вам давление, сделаем укольчик.

– Вы ветеринар, – напомнил я.

– Иван Павлович, вы очень похожи на лабрадора, – развеселилась Люда, – расскажите спокойно, что случилось с вами и Демьянкой? Надеюсь, Боря в порядке.

Глава шестая

Я встал.

– Нет, нет, сидите, – велела Людмила, – прямо тут уколю. Но сначала объясните, почему вы едва сознание не потеряли?

– Сам не знаю, – признался я, – не принадлежу к отряду тургеневских барышень, не лишаюсь чувств при виде домашних насекомых. К нам пришел таракан.

– Один? – уточнила главврач. – Так не бывает.

– Я видел единственного экземпляра, – пустился я в объяснения, – морильщик сказал, что это подросток, родители, скорей всего, живут под буфетом. Начали обработку, и Дема упала в обморок.

– Осторожнее с травильщиками, – занервничала Людмила, – они часто обещают людям: «Выгоним прусаков молниеносно, домашние животные не пострадают». Некоторые работают честно, но много тех, кто обливает апартаменты сильным…

Я не дал доктору договорить.

– К нам приехал психолог, он договаривается с домовыми насекомыми.

Людмила расплылась в улыбке.

– Интересно.