Сладкий алкоголь согревает мое озябшее от страха тело, и я могу вздохнуть полной грудью.

— Я правда готова. Если потяну еще — начну сомневаться, а…

Я не заканчиваю, потому что Камиль внезапно подходит ко мне. Знакомый запах бьет мне в нос — тот, который я чувствовала в ванной. Смесь цветов и медицинского спирта. Убийца очень небрежно цепляет лямки платья и сбрасывает их с плеч — словно каждый день это делает. Платье с шорохом скользит по моей коже и падает к ногам. Я остаюсь в одном нижнем белье.

Всё. Он начал. Я должна просто пережить это. Не закрывай глаза, Ева, или разочаруешь его.

Из-за этих мыслей я неотрывно смотрю на непроницаемое лицо мужчины, который выше меня едва ли не больше, чем на две головы.

Ладони ложатся мне на талию. На озябшую, покрытую мурашками кожу, согревая. А потом внезапно Камиль поднимает меня, словно куклу и переносит на постель. Опускает на нее спиной. Я чувствую себя хрупкой игрушкой, когда он склоняется надо мной — темный и огромный, закрыв собой источник света, а когда он внезапно заводит мои руки наверх и на запястьях что-то защелкивается, то вздрагиваю.

— Что?… — я дергаю руки, но они крепко прицеплены к чему-то в изголовье.

— Лежи.

— Вы меня пугаете! Я и так сделаю все, что надо, поэтому не надо меня…

— Лежи, — тихо и издевательски смеется Камиль, отстраняясь. После он достает телефон и, набрав кого-то, тихо произносит:

— Собери что-нибудь другое пожрать. Без этой морской херни. И побыстрее. Фрукты сойдут.

Я настороженно смотрю на него. Камиль убирает телефон и быстро скользит по моему телу взглядом. Черт. Под это платье не подразумевался бюстгальтер. Я сжимаю зубы, когда он задерживается на обнаженной груди.

— Ты считаешь, что мне нужно насиловать кого-то, чтобы получить секс? — интересуется внезапно Камиль и мы пересекаемся взглядами. Я замечаю, как потом его взгляд задерживается на моей заклеенной ладони и меня словно прошибает раскаленная молния. Я очень незаметно мотают головой в ответ."

"— Нет? — едва разлепляю я пересохшие губы, — у вас куча денег. Думаю, вы можете кого угодно купить. И в любом количестве. И заставить делать, что угодно.

Валя вот бегала довольной после их встреч. А еще я никогда не видела, чтобы она так перед кем-то пресмыкалась после расставания. С отчаянием на лице. Она чувствует огромные деньги и возможности, у нее на них идеальный нюх.

Нам очень быстро приносят следующую партию еды. Стучат в дверь и Камиль забирает все сам. Подвигает ближе столик, и ставит на него тарелку с фруктами.

— Вопрос был немного о другом. Не трясись.