Исключительно от скуки девушка поглядывала в сторону эльфа и пыталась понять, что он всё время пытается высмотреть в лесу. Его настойчивый взгляд в ту сторону был подозрителен!

Пленник всё же глава клана и, наверное, его захотят выручить свои? Или не захотят, но тогда чего он ждёт?

Полина, руководствуясь прочитанным фэнтези, уже смогла научиться ощущать свою магию. Её было много, и она теперь легко отзывалась, словно бы вливаясь в творческое вдохновение. Конечно, это непрофессионально, ведь не всегда приходится что-то делать на подъёме эмоций, но пока пусть будет так.

Взбудораженная своими необычными возможностями девушка развлекла воинов небольшим представлением из танцующих бабочек с вальсирующими цветами. На что Лог сказал, что в истории не было иллюзиониста, который мог бы одновременно создавать музыку и движущуюся картинку. Высшим пилотажем у предшественников иллюзионистов было создание артефакта с иллюзией новой внешности, одежды, архитектуры.

— Такие украшения стоили дорого, — закончил он.

— Артефакты? Не представляю, как моё умение запихнуть в артефакт, — расстроено заметила Полина.

Такое по наитию не сделаешь.

— Хм, думаю, что научитесь, — как-то сдавлено прогудел командир Лог, когда девушка преобразовала одну из бабочек в фею Динь-динь и посадила её на плечо бородачу.

Вот тут было уже сложновато следить за действиями деловой Динь-динь, которая достала лупу и с умным видом начала разглядывать украшения в бороде командира и продолжать вальс цветов с бабочками для других зрителей. Но Поля использовала готовые наработки из мультиков, поэтому она с лёгкостью визуализировала сразу же полнометражные картинки, которые подправляла уже на ходу, действуя, как художник с кистью наготове.

Ну, а держать музыку в голове для современника Полины вообще пустяк. Бывает наоборот: сложно избавиться от привязчивой мелодии!

Так вот, как оказалось, самым трудным для здешних иллюзионистов было детально визуализировать предметы. Они начинали с малого и постепенно усложняли себе задачу. Полина понимала их, так как стоило ей представить какую-нибудь схему в виде голограммы, то получалась ерунда. Часть была хорошо прорисована, а часть расплывалась пятном, потому что представляемый предмет необходимо было знать досконально.

Наигравшись в свою магию, Полина задумалась о её практической пользе и с сожалением вынуждена была признать, что без умения делать артефакты быть ей массовиком-затейником на праздниках, а шум и гам она не любила.

Вот после этого девушка взялась за изучения аур, надеясь, что это приблизит её к медицине и тогда можно зарабатывать деньги диагностом, визуализируя то, что увидела для понимающих людей. Идея была так себе, но больше заняться было нечем.