Детки во мне сопротивлялись какое-то время, но живыми родить я их так и не смогла, – женщина нежно пригладила малыша, которому должно быть уже десять лет, но передо мной стояли годовалые карапузы.

– Они почти не растут, – шепнула несчастная мать, – но я не могу их оставить и уйти.

Они мои дети. Не трогайте нас, пожалуйста, мы зла никому не делаем.

– Почему вы такие? – Эмбер даже не скрывала своего любопытства.

– Наши души никуда не ушли, – неохотно ответил мужчина. – Мы из последователей Танука. Да, фанатики, как вы нас и назвали. Но каждый ведь волен верить в того бога, что ему ближе. Мы из семей, что всегда жили на границе с туманом. Там ближе Танука никого нет. По традиции наши души с рождения привязываются к телу. Ритуал такой.

– Ритуал? – зацепился за последнюю фразу Сай и невольно глянул на свою жену.

– Печать смерти, господин, – пояснил возница. – Я и душу княжны тогда к телу привязал, тёмный ведь от рождения. Всё надеялся, что помощь подоспеет, а явился только страж тумана.

– Что ты сделал? – рявкнул Каил.

Глава 65

Казалось, все замерли. Услышанное ввело меня в лёгкий ступор. Выходит, не зря называли меня княжной умертвий. Душа, привязанная к умирающему телу. Что было бы со мной, если бы рана или иная хворь одолели?!

Я бы стала неупокоенной. Запертой в собственном мёртвом теле.

– Зачем? – прошептала я.

Мужчина молчал. Он отводил от меня взгляд, видимо, не находя нужных слов.

– Может, всё же пройдёте в дом? – вежливо предложила его супруга.

– Нам и здесь неплохо. А ты, мужик, рассказывай, что и как было, – рявкнул Каил.

Возница вздрогнул. И опустил руку: за его спиной я увидела малыша. Он испуганно жался к отцу, обнимая его за ногу и поглядывая на нас красными неживыми глазками.

– Я тёмный, господин, – наконец, выдохнул мужчина. – Не жрец, конечно, но тоже кое на что способен был. Я не убийца! Чтобы про нас, детей Танука. ни говорили, а зла мы никому не желаем, – возница смущённо обвёл нас взглядом. – Когда всё случилось, туман меня не тронул. Я ему неинтересен был. А девочки: одна стонала, а вторая так кричала. Я…, - он запнулся и пристально глянул на меня. – Мне стало вас жаль, княжна. Мёртвые толпились рядом, но бездушные в большинстве своём такие бестолковые. У вас был шанс, ведь всё, что смогли неупокоенные, – это уже мёртвую девчушку уволочь. Вашу сестру. А вы… Вы были живы. Вы так плакали, что я не выдержал и привязал вашу душу к телу. Не верилось мне, что бросят вас и не придут. Какой отец на такое способен?! Родную кровинушку так жестоко. Никогда я с таким коварством не сталкивался. До сих пор я этого не понимаю и никогда не пойму.

Он умолк и снова опустил взгляд на землю. При этом мужчина поглаживал собственного сынишку по голове.