Всматриваясь в туман, я ожидала увидеть очередного мертвого. Силуэт вырисовывался неспешно. Кто бы там ни шел, он явно не торопился. Но вот туман рассеялся, и я забыла, как дышать. Рваный вдох так и застрял в моей груди. Это не был мертвяк.

Передо мной стоял Иной."

"Несколько секунд я в ступоре смотрела на это создание. Он же столь пристально рассматривал меня. Почти человеческое лицо выражало легкую усмешку. Змеиные глаза сощурились, а щели, заменяющие ему ноздри, расширились. Он втягивал воздух, оценивая мой запах. Бедный! Уж я-то знаю, как воняет мое тело. Опустив глаза на его ноги, я обнаружила их отсутствие.

Вот почему я не слышала шагов, их и не могло быть. Иной передвигался как змей. От талии и ниже у него был толстый и длинный змеиный хвост. Почему-то сразу вспомнилась та змея, увиденная мною в тот день, когда я только вошла в Туман. А змея ли то была и так удачно обнаруженная сумка с едой!? Змеелюд не двигался, позволяя мне рассмотреть его. Переведя взгляд с его хвоста на лицо, я увидела широкую улыбку на его неестественно тонких губах.

-А ты не торопилась человеческое дитя, мы уже стали забывать про уговор с ведуньей, – прошипел он

В ответ я лишь недоуменно приподняла брови.

- Ааа, – понимающе протянул он,- не знаешь!?

Я закивала головой.

- За помощь тебе уже уплачено кровью рода твоего. Много лет назад здесь уже была женщина твоего племени. Это хороший договор, выгодный нам. То, что в твоей сумке должно попасть только к твоему суженному. Только к нему! Ты поняла?

Я снова закивала, а про себя посмеивалась. Тоже мне, к суженому. На какой помойке мне искать того суженого, что позарится на такой смердящий полутруп как я.

Иной бросил мне сумку. Я инстинктивно поймала ее на лету. Но вот смотреть, что внутри не торопилась. Странно все это. Змеелюд вел себя как-то даже радушно, словно в гостях принимал. Не нападал и не уходил, словно чего-то ждал от меня. Вот только чего?

— Ешь человек, время, отведенное тебе, подходит к концу. Здесь тебе больше делать нечего.

Я была готова поклясться, что он не открывал рта, но я отчетливо слышала его голос, похожий на шелест листвы. Он словно звучал отовсюду. Раскрыв сумку, я вытащила сыр и хлеб. Во фляге плескалась вода. Еще там были какие-то вещи и кусок мыла.

— Я отведу тебя к воде женщина, ты вымоешь свое тело. Потом уйдешь.

Прижав сумку к груди, я кивнула Иному. Что-либо ответить ему я не могла. Десятилетие хранив обет молчания в храме Песчаных барханов, я, казалось, забыла как произносить слова. Сбежав из плена и, наконец, попав к людям, я обнаружила, что не могу произнести ни звука. Слова словно застревали в моем горле, так и оставаясь непроизнесенными.

Тем временем Иной повернулся и двинулся прочь.