Я попеременно наблюдала то за лэрдом, то за Риком. Если у первого дела шли прекрасно. Будучи бывалым воином, лэрд легко справлялся с противником. Для него турнир и вправду был игрой. То Рику приходилось туго. Он был самым молодым на поле и самым неопытным.

В какой-то момент на Рика набросились двое. Они теснили его к барьеру, нанося удары. Многие из них попадали в цель, и мне казалось, я слышу, как Рик стонет. Это было невыносимо.

Я закрыла лицо ладонями, не могу на это смотреть. Но до меня по-прежнему доносились глухие удары и вскрики боли. И я, не выдержав, вскочила на ноги. Взглядом отыскала почетного судью, но в последнюю секунду передумала. Если сейчас подам знак, потрачу единственную защиту, а она может пригодиться мужу. Я растерялась. Как быть?

И хотя у лэрда было все в порядке, а Рик явно нуждался в помощи, я выбрала лэрда. А вскоре и у Рика наладились дела: он справился с нападающими. Я без сил упала обратно в кресло. Только придя немного в себя, осознала, что стала центром внимания. Еще бы! Лэйди переживает не за мужа, а за его соперника. Представляю, что творилась у мормэров в головах, какие заговоры они вообразили. Но я всего лишь не хотела, чтобы кто-то пострадал. Даже Рик. Все-таки он спас меня, и я чувствовала себя его должницей.

Облегчение длилось недолго. Проблемы начались у лэрда. Я вслух застонала. Да что ж такое! Будь прокляты эти турниры.

Я искусала все костяшки на пальцах, тревожась за него, и снова не могла усидеть на месте. Наплевав на приличия, встала и подошла к перилам трибуны. Следом за мной поднялась Берта.

— Надо подать судье знак, чтобы защитил лэрда, — сказала я ей.

— Думаешь, уже пора? Он вроде справляется. Не все мужчины рады, когда за них заступается женщина.

Но я не слушала подругу. Пусть лэрд отчитает меня после турнира, зато он не пострадает. Я, указав на мужа, кивнула почетному судье. Он взял наперевес копье и направился в гущу драки.

От волнения едва дышала. Лучше мне было вовсе не ходить на турнир, чем видеть все это своими глазами. Все-таки книги не передавали и половины того ужаса, что творился на ристалище.

Судья никак не мог пробиться к лэрду. Опустив уголки губ вниз и разведя руками, он дал мне понять, что ничего не может поделать. Я так рассердилась, что собралась сама выйти на поле.

Вдруг кто-то толкнул почетного судью под руку. Он, не успев сориентироваться, не удержал копье, и она указало на одного из воинов. Ситуация в отношении него тут же изменилась. Нет, на него не перестали нападать, но атаки стали аккуратнее. Его уже не стремились ударить, перейдя в оборону.

Я выругалась, чего не позволяла себе уже очень давно. Судья бездарно потратил иммунитет не пойми на кого. Какой смысл в этом правиле, если им не умеют пользоваться.