— Ведь это Брунвальдский замок, не так ли? И у вас есть гобелены?

— Это замок, и, у нас есть гобелены, но если вы английский лорд, то я Чарли Чаплин.

— Да как ты смеешь? — завопил Инди неестественным фальцетом, копируя английское произношение, и, размахнувшись, одним мощным ударом в челюсть послал беднягу в нокаут.

Дворецкий покатился по полу, словно лопнувшая надувная игрушка. Инди отряхнул руки.

— Какое нахальство! — продолжал он все с тем же претенциозным английским акцентом. — Ты слышала, что он тут нес? Подвергать сомнению мое происхождение, мою фамильную честь, мой дар убеждения!

Эльза рассмеялась и, покачав головой, стала помогать ему оттаскивать бесчувственного дворецкого в чулан.

— Невероятно. Но очень убедительно, милорд.

Инди, выйдя из роли, схватил ее за руку и потащил в направлении широкого, с высокими сводами вестибюля.

— Теперь — за дело.

Торопливо пересекая холл, он сбросил пальто. Эльза одела его и начала ему что-то говорить. Он приложил палец к губам.

Голоса!

Они остановились. Инди огляделся и, заметив нишу рядом со скульптурной группой, нырнул туда с Эльзой.

Мимо прошли два одетых в фашистскую форму солдата. Один что-то сказал, другой громко рассмеялся, их голоса гулко разнеслись по вестибюлю.

— СС. Я мог бы и догадаться, — прошептал Инди своей подруге, когда солдаты скрылись.

Они выскользнули из укрытия и двинулись дальше по коридору.

— Как ты думаешь, где они держат отца?

— В темнице, наверное.

— Очень смешно. — Однако не так уж далеко от его собственных предположений.

В конце коридора появился слуга, катящий перед собой тележку с остатками еды. Инди и Эльза нырнули под лестницу. Они не ели уже несколько часов. При виде такого обилия несъеденных блюд в животе у Инди заурчало. Он постарался рукой приглушить причудливые раскаты и подумал, что хорошо бы это были остатки отцовского ужина.

Они просидели под лестницей довольно долго: Инди хотел изучить обстановку — сколько в замке людей, каков распорядок, если он вообще есть, и если есть, то как этим воспользоваться.

Вдалеке все еще громыхал гром, дождь по-прежнему стучал в окна над их головами.

На лестнице раздались шаги. Сверху, в сопровождении вооруженного немецкого солдата, спускался еще один слуга. В руках он держал поднос с оловянной миской и прикрепленной к ней на цепочке ложкой. Так вот он, отцовский ужин.

— Да, это больше подходит для пленника, — прошептал он, как только эти двое скрылись из виду.

— Боюсь, что так.

Медлить дольше не имело смысла. Они осторожно выбрались из укрытия и начали подниматься по лестнице, но не успели пройти и один пролет, как снова появились фашисты. Им едва хватило времени, чтобы спрятаться за массивным столбом. Когда стук солдатских сапог затих вдали, они поспешили дальше.