— Алина хочет уволиться с прежней работы и попросила меня…

— Все ясно, — усмехается Эдик, поправляя ворот и без того идеальной белой рубашки, когда мы сдаем верхнюю одежду в гардероб.

— Ну Эд, что тебе стоит взять ее на работу, вы ведь даже не будете с ней встречаться. А она — хороший работник.

— Хороший работник она только в том случае, если будет работать смазливым лицом.

— Эд! — дергаю его за руку, — Она моя подруга!

— Хорошо. Я подумаю. Не знаю… пусть подойдет в понедельник с резюме и документами.

— Спасибо, ты у меня самый лучший, — целую его в щеку. Мы проходим в большой зал ресторана. Как по мне, здесь слишком много пространства, а я люблю маленькие уютные места. Все слишком вычурно и пафосно. С интересом разглядываю обстановку, людей которые как никогда вписываются в эту обстановку, сливаясь с ней в одно целое. Такие же великие, возвышенные снаружи, и никто не знает, какие они внутри. Так говорил мой отец. «Виктория, не суди людей по их внешнему виду и манере держаться в обществе. У тебя может сложиться о них обманчивое впечатление. Никто не знает, какие они настоящие. А там тебя может ждать много сюрпризов как приятных, так и не очень». Пол идеально блестящий и убийственно сколький. Цепляюсь за руку Эдика, стискивая рукав его пиджака. На что Эд немного морщится.

— Что ты делаешь? Ты мнешь мне костюм, — шепчет он мне, немного наклоняясь.

— Пол ужасно скользкий. Я боюсь упасть, — оправдываюсь я, слегка сжимая руку. Да, у моего мужа есть маленький недостаток, который я считаю достоинством. Эд до нелепого аккуратен и педантичен. Мы проходим просто гигантский банкетный зал с круглыми столами и идеально белыми скатертями, но это, пожалуй, все, что было в этом помещении светлого. Темные цвета в оформлении придают ресторану какую-то мрачность. В центре всего этого расположена сцена, на которой в данный момент играет соло какой-то пианист. Ну, хоть музыка здесь нормальная. Народу невероятно много. Мужчины в сопровождении дам, словно мы не на открытии ресторана, а на благотворительном вечере. Все собрались группами по интересам, знакомствам или просто потому, что кому-то очень выгодно пообщаться с тем или иным человеком. Каждый из столиков подписан именем гостей. Интересно, кто занимался рассадкой и распределением мест. И по каким принципам распределяли гостей?

— Эдуард! — окрикивает мужской голос, мы одновременно оборачиваемся. И видим седовласого, слегка полноватого мужчину. Это Сергей Анатольевич, папин бывший партнер и старый друг. Я знаю его с детства. И почему-то в данной обстановке я так рада видеть здесь почти родное лицо. Мы подходим к нему, мужчины здороваются.

— Добрый вечер, — говорит мужчина, тепло улыбаясь.