Смотрит, держит, дает маленькую паузу, чтоб осознала, в каком она положении, а потом командует:

- Сама.

Керри, которая так никогда не пробовала, ошеломленно смотрит в его горящие от бешенства глаза и всхлипывает. От непонятной обиды. Вот как так? Она сидит на Уокере верхом, а командует все равно он!

Рэй неожиданно легко качает ее вверх и вниз, как на качелях, вынуждая, охнув, ухватиться за спинку дивана одной рукой и упереть вторую в твердый живот.

- Давай, бл*!

Он уже рычит. Опять! Опять!

Керри, выдохнув и прикусив губу, двигается на пробу, несильно и невысоко. И Уокер резко откидывает голову назад, сцепив зубы. Он напряжен. Взбешен. И явно сдерживается, чтоб не опрокинуть ее на спину и не поиметь грубо и жестоко, наказать за невысказанные претензии, за намеки. И только тут до Керри доходит, что Рэй дает ей преимущество. Карт-бланш! И это не унижение, а , наоборот, поощрение. Шанс. Для него, чтоб не превратиться опять в зверя. Для нее, чтоб смягчить его.

И она пользуется предоставленной возможностью по полной.

Все же художественная гимнастика - это вам не просто танцы с лентами, это серьезная физическая подготовка. Поэтому необычно только первые секунды. А потом, когда найден нужный угол проникновения, такой, при котором Керри реально чувствует себя мушкой, насаженной на иглу, все становится на свои места. Керри двигается, уже ничего не говоря больше, и видит, как меняется выражение лица Рэя. Из ожесточенного и сдержанного - к возбужденному, голодному, со слегка мутным взглядом, словно от хорошей дозы кайфа. Он ей не помогает, просто трогает ее неутомимо движущиеся бедра, плоский напряженный животик, смотрит, как появляется и исчезает в ней его член, и взгляд скользит по ее открытым губам, по груди, подпрыгивающей в такт движениям, по ломкому изгибу талии. И Керри ловит этот взгляд, возбуждаясь еще больше, двигаясь быстрее, запрокидывая голову в стоне. И совсем малости ей не хватает. Совсем чуть-чуть. Она не понимает, чего, поэтому стремится добрать ускорением недостающее ощущение.

И только когда твердые пальцы Рэя ложатся ей на клитор и начинают ритмично, в такт ее движениям, массировать его, она понимает, чего ней не хватало все это время, потому что буквально через секунду взрывается таким фейерверком, что не может опять сдержать крик. А потом все та же рука сграбастывает ее за волосы, притягивает вниз, губы захватывают жадным поцелуем, и Керри ловит последние свои сокращения и первые Рэя. И это продлевает ее удовольствие в разы. И настолько остро чувствуется, словно в ее первый ошеломительный и неожиданный оргазм. Она уже не двигается, неистово сокращаясь, Рэй все делает сам, и последние его финальные толчки жестоки. Но это именно то, что нужно. Им обоим.