— А когда… Когда они будут «к чему»?!

— Не смей повышать на меня голос, не тот случай. Никогда. Я не собираюсь заводить детей. Прими это и прекращай глупить.

— Что если нет, что если я откажусь? Ты не заставишь меня сделать аборт против воли. Это моё тело и моё решение!

— Пожалуйста, Лана, вперёд. Только ты будешь сама по себе, разбираться со всеми проблемами. Ты сделаешь аборт. Это не обсуждается, Лана.

Глава 27. Лана

— Лана, ты в порядке?

— Да, конечно, Мина.

— Лан, ты бледная.

— Не выспалась, работала над отчетом.

— Всё хорошо? Я слышала, как тебя стошнило…

— Отравилась.

Улыбаюсь широко, пожимая плечами. Мышцы лица тянет, словно кислотой плеснули. Лучше бы Тигран сделал именно это, чем сказал те ужасные слова.

Я вся состою из лжи и боли, это становится уже привычным.

Почти не тянет в груди, почти не чувствую горечи предательства.

Я задыхаюсь в офисе, но продолжаю работать. Тигран не говорит со мной, только раздает задания через приложение. И теперь я знаю, что такое тиран на самом деле.

Когда не успеваю присесть, летая по всему зданию. Другие работники жалеют меня, действительно. Кто-то подвигает печеньки, когда я забегаю за документами. Юристы, которые никогда не помогали, сами заносят лицензии. Даже охранник открывает дверь, не спрашивая пропуска.

Не понимаю, чего добивается Тигран, но у него получается. Словно пепел, который разлетается по миру. От меня совсем ничего не остается, только оболочка.

Пустая и никому ненужная.

Единственная причина, почему я ещё работаю на Мирзоева — он ищет замену. Собеседования, срывы, дополнительная работа — всё это наваливается скопом.

Вместе с жестокостью мужчины, которого я люблю.

Ненавижу.

Не хочу больше видеть никогда.

Жду каждый вечер, собираясь домой.

Ещё несколько дней я верю, что Тигран одумается. Просто скажет, что испугался. Мужчинам это можно, такой шаг. Или не был уверен. Или действительно не хотел детей, но со мной готов.

Только Тигран не приезжает, ничего не говорит. Проходит мимо, когда меня трясёт. Он… Он просто хочет, чтобы я сделала аборт. Заставляет, давит, четко выражает свою позицию.

Двигайся в моем ритме.

Ритм (не)моего мужчины — без детей.

Мне нужно принять это, если хочу быть с ним снова вместе.

— У меня все ещё нет расшифровки по переговорам, — Тигран выходит в кабинет, и на его лице мелькает что-то наподобие прошлых чувств. Когда он любовался мной в своей рубашке. — Я на обед, ты тоже свободна.

— Хорошо. Отчет скоро будет. По какой из встреч нужно быстрее всего?

— Всё с Аланом.

— Конечно, принесу в ближайшее время.

Желательно, вместе с ядом."

"Я занимаюсь расшифровкой, внимательно слушаю каждое слово. Наушники неудобные и старые, искажают звуки. С трудом заканчиваю хоть одну встречу, обедая паралельно.