Может им успокоительного прописать? У меня есть знакомый врач, она быстренько поможет.

– А ты давно на Камиля работаешь? – продолжаю допытываться. Мне нужна информация. – Он не сказал, что ему приготовить. Думала, может ты подскажешь…

– Приготовить? – ржёт. Трясётся весь. – Ты?

– Ну да. Ужин на двоих.

– Пиздеть завязывай. Погоришь.

– Что?

– Хуй бы Дикий тебе позволил ему готовить. Он не жрёт ничего, что ему леваком приготовили. Только проверенные допускаются. Ты – нихуя не проверенная.

– Нет, он… Может он…

– Завязывай просто. Иначе реал в камеру уведу.

Я удивлённо таращусь на мужчину. Бросаю спагетти воду, забыв, что воду ещё не вскипятила. Осознать пытаюсь.

То есть…

Малик понял, что я вру? Но всё равно пустил меня на кухню, чтобы я что-то приготовила? Сжалился…

Это как-то даже подозрительно немного. Прищуриваюсь, внимательно следя за мужчиной. Неужели в охране Демидова есть адекватные люди?

Случайно проверку на психа проскочил или как?

– Двигай быстрее, – бросает недовольно. – Я не нанимался ни нянькой, ни повара для ебанутой.

– Эй! – обиженно вспыхиваю. – Я нормальная.

– Дикий тебя на ремни пустит, как доведёшь, и посмотрим. Это шизой надо болеть, чтобы его доводить.

– Я? А я при чём, – хлопаю ресницами невинно. – Я вообще мимо проходила. Могу домой вернуться, все в порядке будут.

Этот вариант Малик не оценивает. Лишь косится сильнее. Я закатываю глаза. Ну, попытка не пытка.

Снова лезу в холодильник, просматривая содержимое. Наверное, для Дикого готовят в другом месте, так как еды мало. И вся довольно простая. Того шикарного стейка нет.

Только куриная грудка. Ну и черт с ним. Прожарю и будет супер. Я на любую еду сейчас согласна, лишь бы не та жижа сомнительная.

– Попробуй, – перемешав соус, толкаю деревянную лопатку мужчине. – Нормально?

– Я травиться не собираюсь.

– Тебе сложно попробовать?

– Мне – легко, блядь.

От неожиданности роняю лопатку на пол. Разворачиваюсь, едва не влетая в газовую плиту. Чудом себя от ожогов спасаю.

Камиль…

Он скалится, рассматривая меня. Вроде усмехается с издёвкой. Но глаза – чернющие. Очень злые.

Ещё немного, и молнии пускать начнут.

Нервно сглатываю, отходя подальше. С жалостью кошусь на Малика. Прости, но я первой драпать буду.

– Свалил.

Вот только вольную охранник получает. Тут же удаляется, аж пятки горят.

Эй, а меня захватить?

Трус!

– С хуяли ты тут хозяйничаешь? – Дикий закатывает рукава рубашки, подходит ближе. – А?

– А я ужин приготовила! – начинаю быстро говорить. – Хотела постараться. Ну, извиниться за тот инцидент в спальне. Вот, ужин. Вкусный. Не отравленный. И…

– Захлопнулась.

– Но…

– Нахуй язык прикусила. Пока я тебе его не вырезал.

Дрожь проходит через тело. Дикий не злым вернулся. Взбешённым. Таким, что до нутра пробирает.