Похоже, прежняя Настенька так не разговаривала, потому что нянька замерла, явно оторопев. Едва я прикоснулась к суставу, она вскрикнула и отшатнулась.

— Ага, пройдет, как же. Только хуже сделаешь, — сказала я, отстраняясь. — Никакого меда и никаких растираний. Вывих так не вправишь.

— Тебе почем знать, что это вывих?

— Что я, слепая, по-твоему? Вывихов не видела? — возмутилась я. — Давай сейчас повязку сделаю и за…

— Да где ты могла его видеть? Сейчас вот так руку примотаю, чтоб не болело. — Марья здоровой рукой прижала больную к животу очень характерным жестом. — Соли горячей приложу. К утру, глядишь, и отойдет."

"Я ругнулась вслух. Что же мне делать? Правду не скажешь, а Настеньке Марья не поверит и не послушает. Судя по тому, что я успела узнать о своей предшественнице, была она взбалмошная и легкомысленная, такой свое здоровье точно доверять нельзя.

— Сколько раз я тебе повторяла, плохие это слова! — воскликнула Марья. — Вот дала бы тебе по губам!

Придумала!

— Виктор меня на курсы сестер милосердия отправил. Там научили, как переломы и вывихи распознавать и лечить.

— И ты согласилась? И в самом деле училась? — Нянька вытаращила на меня глаза.

— А что мне было делать? Он разводом грозился. Сказал, мозгов у меня нет…

Нянька попыталась всплеснуть руками. Ойкнула, снова прижав их к животу, а я продолжала вдохновенно врать:

— Так пусть хоть этому выучусь, глядишь, когда дети пойдут, пригодится — как болезнь распознать, когда самой что сделать а когда за доктором посылать. А он сам будет проверять, как учусь.

Надеюсь, Виктор никогда не узнает о напраслине, что я на него возвела. Хотя сейчас главное, чтобы Марья мне поверила. Это ж додуматься надо — греть вывих!

8.1

Нянька испытующе смотрела на меня. Я вздохнула. Возвела глаза к потолку, припоминая.

— Своевременное лечение вывихов плеча абсолютно необходимо для достижения оптимальных результатов у пациентов…

Глаза Марьи остекленели. Да уж, формулировки из справочников кого угодно в тоску вгонят. Все то же самое я могла бы рассказать просто — так, что и ребенок бы понял, но простое объяснение няньку бы не убедило, поэтому я продолжала радовать ее зубодробительными оборотами, извлеченными из недр памяти.

— Видать, и вправду ты училась, — покачала она головой, когда я прервалась вздохнуть. — Замудрено-то как… Старалась ради аспида этого, бедная. А он все равно с тобой разводиться собрался!

— Да плевать на него, — отмахнулась я. Помогла Марье подняться, усадила ее на стул. — Сейчас надо твоей рукой заняться, вывих вправить. Скажи, как до доктора добраться, я сбегаю.

— Какой доктор, о чем ты, касаточка! Слышала я, сколько доктор за свои услуги заламывает, нам с тобой век не расплатиться!

— Деньги можно заработать. А новая рука у тебя не вырастет.