– Хм, а если я там так раскручусь, что отбоя от клиентов не будет? В столице, знаешь ли, цены на татуировки в разы повыше будут. Да и ты поможешь, отучишься на маникюрщицу и будешь ногти пилить. Это ж всегда актуально, и побольше денег принесет, чем твои картины. Откроем на двоих небольшой салончик, а там, глядишь, дело и пойдет.

Вера до сих пор не понимала, как ему удалось уговорить ее перебраться в столицу. Да еще и дом в поселке продать. О чем, кстати, она до сих пор жалела. Теперь, когда приезжала в Иваново, приходилось останавливаться у родителей, а там летом всегда столько родни приезжало, что иногда едва удавалось всех разместить. А так был бы домик свой – и красота. Никого теснить не пришлось бы.

Вот и сейчас, на день рождения Ольги Николаевны, Вериной мамы, приехали гости. Было тесновато, но зато весело. Стол ломился от разных вкусностей.

Верина мама и сама любила готовить, и Веру с детства приучила.

А Лев всегда говорил на застольях:

– Кулинарным способностям моей Веруськи любой повар позавидует!

И она для него старалась: что ни день, то новое блюдо.

С такой женой Лев всегда был и сыт, и одет как с иголочки: рубашечки наглажены, стрелочки на брюках всегда как по линеечке. Да что там, Вера даже трусы конвертиком сворачивала. И в их доме всегда царил порядок и уют, витал запах пряностей, варящегося варенья или выпечки. А с Дениской занималась лучше любого учителя. Сын в два года уже стихи рассказывал, а в четыре знал весь алфавит.

* * *"

"Вечером, когда гости и Дениска улеглись спать, Вера мыла посуду, отец подметал пол на кухне, а Ольга Николаевна на улице прибирала со стола.

– Вер, иди-ка сюда! – тихонько позвала ее мама, и поманила рукой в коридор.

Выключив воду, Вера вытерла руки об фартук.

«Что за секреты от папы?» – подумала она.

Мама закрыла дверь в кухню и достала из-за спины нежно-розовую коробочку, перевязанную белым бантом.

Вера, конечно, сразу решила, что мама хочет показать ей один из ее подарков, но Ольга Николаевна неожиданно всучила коробку ей в руки.

– Это тебе передали! – шепнула с улыбкой мама.

– Мне? – вытаращилась на нее Вера. – А… А к-кто?

– Открой и увидишь, – подмигнула женщина и удалилась на улицу, оставив дочь наедине с коробкой.

Вера развязала бант, открыла крышку и ее губы тронула добрая улыбка, а в душе поселилось очень родное и очень теплое чувство.

Взяв в руки рисунок, нарисованный ее детской рукой, она вспомнила, как проходил тот урок рисования в школе, когда учитель попросила нарисовать соседа по парте.

Вот Вера и нарисовала Игоря: кучерявые светлые волосы, большие голубые глаза и милая улыбка.

«Неужели сохранил?» – подумала про себя Вера, чувствуя, как ее глаза налились слезами.

Этот сюрприз оказался для нее слишком трогательным, как и васильки, вложенные коробочку.