— Ты же таким чистоплюем стал с ней, что просто чокнуться. Ты о чести и достоинстве думал больше, рисковал и моими бабками!

Я откинулся на кресле и сложил руки на груди.

— Так чтобы не рисковать, надо было не лезть в мои сделки. Не надо было примазываться к моему бизнесу. И то, что твои доли есть, это только следствие моего к тебе хорошего отношения, но теперь…

Я встал медленно. Склонил голову к плечу и процедил:

— Пошёл к черту. Я уволил тебя. Твои акции выкупят. За большие бабки выкупят. И на этом все.

Тимур усмехнулся жестко и посмотрел на меня исподлобья.

— Избавиться решил? А кому ты нужен будешь, когда твоя милая Уля узнает, что у тебя невеста есть?

Я ударил резко. Без замаха. Просто чтобы сбить спесь с этого мудака.

— Ещё хоть слово про Ульяну и я тебе все зубы в пересчитаю, — процедил я. — Свободен.

Тимур вышел из кабинета, а я с психа швырнул в стену деревянный стаканчик для канцелярских принадлежностей.

Черт. Надо позвонить Уле.

Я обхватил подбородок рукой и выдохнул.

Так телефон надо было найти.

— Матвей Игоревич, — тихо произнесла секретарша. — К вам Владимир Владимирович.

Бывший генеральный улыбчивым колобком вкатился в кабинет.

— Здравствуй, здравствуй, дорогой, — подал руку мне Владимир. Я кивнул и, предложив кофе, присел за стол. — Как тебе моя компания? А с дочерью моей когда познакомишься?

— Кстати о дочери, Владимир…

Я ещё под впечатлением от разговора с Тимуром, от того что мне надо было физически услышать голос Ульяны, был косноязычным.

Владимир напрягся и покачал головой.

— Мы же все обсудили… — протянул он.

— Я помню, но ситуация изменилась. Наши договорённости потеряли актуальность. Я не женюсь на вашей дочери, какой бы прекрасной, умной и чудесной она не была.

Владимир Владимирович поджал губы и бросил на меня короткий взгляд.

— Ты ведь даже с ней не познакомился… — протянул он.

— Мне это и не нужно, — признался я. — Я люблю свою жену.

Минута молчания, за которую Владимир переваривал информацию. По взгляду было понятно, что он считал меня либо дураком, либо лжецом, потому что со времени предварительного подписания я ни словом не обмолвился о жене, а бросил, что идея хорошая насчёт его дочери. А теперь…

— Что ж… — выдохнул Владимир и встал с кресла. — Надеюсь вы оставите прежнее руководство…

Намёк я понял прекрасно. В договоре были скользкие моменты, где говорилось о неустойках, которые придётся выплатить руководящему составу.

— Если вы окажете честь вернуться к должности, — мягко произнёс я в душе бесясь, что приходилось выкручиваться. Владимир медленно кивнул. — Надеюсь вам не помешает мой финансовый директор, которого я отправлю сюда, чтобы самому не задерживаться.

— Ни в коем случае… — прилегал Владимир с улыбкой пираньи.