А Лисовский, судя по его довольному выражению лица, именно этого и ожидал. Однако вместо скандала и истерики, получил абсолютно непроницаемый взгляд.

Маша расправила плечи и, подойдя к своему месту, спросила нейтральным тоном:

– Я вам не помешала? Быть может, мне подождать в другом месте, пока вы закончите?

Стюардесса тут же замерла и автоматически попыталась вытащить свою руку из брюк Влада, но тот схватил ее за предплечье, не позволив убрать руку и улыбаясь во все тридцать два сказал:

– Нет, детка, не мешаешь, если хочешь, можешь даже присоединиться, – а затем он повернул голову к стюардессе, и сказал ей: – продолжай милая, у тебя неплохо получается…

В этот момент Маша поняла, что опять теряет контроль над собственным телом.

Она, убрав руки за спину, ущипнула свою левую руку правой со всей силы, а затем мысленно закричала: «Остановись, ты что, не понимаешь, что вся эта сцена устроена специально для тебя, он же, как вампир питается твоими эмоциями, и даже кайфует от них, ему же нравится все это, прекрати,… пожалуйста,… не делай глупостей, иначе ты так никогда и не вылечишь его! – Маша готова была, что угодно сказать своему второму Я, лишь бы остановить ее, и мысленно выдохнув, она добавила последний аргумент, что оставался в ее арсенале: – к тому же я, кажется, нашла твой чертов цветок!»

После последней фразы, Маша ощутила, как маленькая фурия сбавила обороты, и уже не так сильно давила на нее, хотя чувствовалось, что она была слишком сильно расстроена.

Настолько, что даже сама Маша ощутила небывалую грусть, так как ей впервые стало жаль свое Альтер-Эго… Впервые она не ненавидела ее, впервые она испытала к ней другое чувство. "

"Вот только маленькой глупой девчонке легче от этого не стало. Маша чувствовала, как ее сердце обливается кровью, она мысленно рыдает и чувствует сильное отчаянье и бессилие

Блондинка же в этот момент совсем опешила. Она не знала, как ей поступить, да и вообще, по всей видимости, ожидала чего-то другого, хотя бы скандала и истерики, но уж точно не вежливого разговора между психопаткой, которая еще несколько часов назад пыталась ее убить и Лисовским, который, между прочим, ни капельки не был возбужден в этот момент.

Маша прошла к дальнему креслу у иллюминатора, и сев в него сначала хотела отвернуться от Лисовского, но маленькая девочка, беснующаяся внутри нее, не позволила ей это сделать. И Маше пришлось повернуть голову и смотреть на то, как стюардесса продолжает ублажать Влада.

Тот же в свою очередь, уже расстегнул блузку блондинки и, оголив грудь не малого размера, мял ее одной рукой, а второй управлял рукой девушки.