Подруга тем временем с беспомощным видом оглядела чужую комнату, затем уставилась на то, как Кайден Ритчер держал за горло Томаса, вдавливая того в стену.

Заморгала. Ее рот раскрылся.

— Где я⁈ Ничего не понимаю! — спросила жалобным голосом.

— Пойдем! — мягко произнес принц. — Я объясню тебе все по дороге.

Риз покорно кивнула, не став задавать вопросов. Потому что в Эйдане МакГилле было нечто такое…

Яркая, светящаяся аура, дар убеждения и успокоения. Именно поэтому уже скоро он вывел Риз из комнаты, сказав нам, что откроет портал на улице и отведет ее в наше общежитие, пока мы будем здесь… заканчивать.

Они ушли, а я осталась, решив посмотреть, как станет разговаривать «по-мужски» Кайден Ритчер с Томасом Хансеном.

Командир Правого Крыла потребовал с того ответа — как Томас мог дойти до такого, чтобы заняться любовью с девушкой под приворотом.

Хорошо, до этого не дошло, но все было довольно близко.

— Но она пришла ко мне сама! — заныл тот в ответ. — Она этого хотела, умоляла меня… С чего бы мне отказываться⁈

Удар, и Томас захрипел.

— Не думаю, Эйвери, что тебе стоит на это смотреть, — произнес Кайден, не поворачивая в мою сторону голову.

— Подожди меня на улице. Зигурт за тобой приглядит, а мы тут еще немного поговорим. Пожалуй, стоит объяснить кое-кому прописные истины.

Я кивнула, подумав, что Кайден все внятно разъяснит Томасу — не только то, настолько тот был не прав, но и то, что стоит держать рот закрытым.

Потому что я собиралась сделать то же самое.

Объяснить похожее, но уже тем, кто дожидался результатов своего деяния возле общежития, в очередной раз позабавившись за наш счет.

Можно было, конечно, пожаловаться декану. Уверена, Мартин Вебер обязательно бы меня выслушал.

Только вот доказательств злого умысла у меня не имелось — была лишь заплаканная подруга, в одной сорочке разгуливавшая по академии, до этого съевшая все конфеты из подаренной коробки.

Возможно, Эйдан МакГилл подтвердил бы, что ему пришлось успокаивать Риз с помощью ментальной магии, но…

Мне не хотелось поднимать шум — уверена, будь подруга в нормальном состоянии, она бы тоже этого не захотела.

Да и не умела я жаловаться.

Жизнь на Чаверти приучила меня к тому, что помочь мне может лишь один человек на свете. И этим человеком была я сама.

Обнаружила мерзких девиц именно там, где видела их раньше, — рядом с пышным кустом цветущей сирени.

Пусть сейчас стояло начало осени, но в воздухе пахло так, словно на Эльрен наступила весна. А еще в нем «пахло» серьезным конфликтом, потому что спускать подобное я не собиралась. Если эта троица считала, что им все сойдет с рук, они серьезно заблуждались.