Ждал, когда мозг требовал позвонить и всё выяснить — где это Тенева, мать вашу, пропадает. Прошли сутки, а от неё ни звонка, ни сообщения, хотя она включила мобильный, но упорно со мной не связывалась.

Утром после очередной бессонной ночи я попросил узнать, где находится мадам шарфик. Моё тело отказывалось спать, пока рядом с ним не было его женщины, и потому меня реально штормило от усталости и беспокойства.

Прилетела. Короткий ответ моей охраны, но и мне и от этого полегчало. Отдал указания начальнику встречать везде, куда она соберётся, и везти ко мне.

Сука, пресса, буквально с цепи сорвались, но тормозить этот процесс я особо не стал. Всё было просчитано и выверено — моя компания имеет много дочерних предприятий и вне торговли сладостями, так что как бы не отреагировали спонсоры и компаньоны, разорить меня и мой бизнес не получится. К потерям же я готов, это ничтожная плата за шанс быть счастливым.

Ева приехала, и даже раньше, чем я ожидал. Буквально с самолёта и ко мне, что наводило на опасные мысли о возможных неприятностях.

Я любовался ей в окно, хотя люди с этой высоты больше похожи на букашек, но Теневу в плаще и длинном шарфе по случаю непогоды я узнал сразу. Она грозно двигалась к моему отелю, её любимый шейный аксессуар бессовестно трепал ветер, а моя охрана, синхронно действуя, не давали толпе даже приблизиться к моей женщине.

Она пришла. И меня разом переклинило.

— Неужели нельзя было позвонить о своём прилёте? Я бы встретил, — устало выливаю своё недовольство вместо приветствия.

Это совсем не те слова, что я готовил. Это, мать вашу, вообще не тот вариант поведения.

— Сюрприз. Хотя вижу у тебя и так весело.

Она кивает в сторону окна, намекая на веселье внизу отеля.

— Это Роксана и её попытки усмирить меня.

— Говорят, я не только разбила чудесный брак, но и заставила тебя бросить неродившиеся чадо.

Громко хмыкаю и сажусь в кресло. Ноги дрожат то ли от усталости, то ли от напряжения, но боль от старых ран пронизывает тело насквозь.

— Брешут, Ев. Даже не спал с ней ни разу, если только через открытый люк своей спортивной тачки Рокси умудрилась залететь от воздуха, но и тут ко мне претензий нет.

Мы смотрим друг на друга напряжённо и не отрывно, но я понимаю её беспокойство. Еве придётся поверить мне просто на словах и это в принципе для нас обоих неверующих тяжело.

Меня же доканывает ожидание и я перехожу к главной теме повестки дня.

— Ты решила?

Она вцепляется в край шарфа, дёргая тонкую ткань, пытаясь унять своё беспокойство, но не помогает. Зато у меня зудят пальцы от желания сдёрнуть эту тряпку с шеи моей женщины и впиться поцелуем в нежную кожу надключичной ямочки. Чистая и звериная похоть, но теперь я хотя бы знаю её причину. Она моя любовь.