Дяде Кириллу позвонила женщина, ну ведь слышно было, она что-то говорила, а потом он уехал.

— И где здесь обман?

— Маме он сказал, что ему ты позвонил.

Это ерунда, и кажется, даже Эвелина это понимает, но ей хочется, чтоб Кир был злодеем в этой истории.

— Кирилл тебе просто не нравится? — открыто спрашиваю я.

Кнопка кивает и, будто срывая запреты, начинает тараторить.

— Не нравится. И маме он не нравится. Ей ты нравишься, но ты женат и …

И девочка замолкает, уставившись широко распахнутыми глазами в зеркало.

От новой информации я тоже слегка зависаю, но мне хватает пары секунд, чтобы понять причину реакции девчонки.

— Доброе утро, Ева. Ты не против, что мы решили первыми почистить зубы?

Тенева сердито смотрит на нас, и по её напряжённому взгляду я понимаю, что она успела что-то услышать из конца нашей беседы.

Как оказалось, что тоже диво дивное, но Кнопка мой соратник, поэтому сдавать её я не собирался никоим образом."

"— Доброе, Богдан Анатольевич! Эва, ты уже закончила? — серьёзным тоном, словно мы в офисе на сделке, начинает разговор мадам шарфик.

Малышка тут же кивает и, бросая на меня растерянный взгляд, убегает из ванны.

Мы смотрим друг на друга, но я принципиально молчу, пытаясь разобраться, что именно так возмутило девушку.

— Богдан, тебе… — вздыхая, уже мягче продолжает она.

— Двери закрой, — обрываю её, ибо сейчас последует очередная порция нотаций, а меру борьбы с ними я знаю только одну.

И это не для детских глаз.

Глава 38

Ева.

Я проснулась одна и первое время пыталась понять, не приснилось ли мне вчерашнее появление Аренского в моём номере и всё последующее потом тоже.

Но мужской парфюм на соседней подушке и чёрный чемодан у противоположной стены, когда я села, подсказывали о реальности моих воспоминаний.

Прежде, чем отправиться на поиски босса, решила проверить дочку, да только пустая двухспальная кровать и сама спальня тут же изменили мои планы.

С чувством паники выглянула на балкон, а потом только вспомнила про ванную комнату. Практически бегом бросилась в санузел, забывая даже привычно для меня накинуть халат.

Когда открыла дверь, то меня встретили напряжённая тишина, расстроенная мордашка дочери в отражении зеркала и крайне задумчивый профиль Богдана.

Явно, они тут не про зубные щётки и пасты вели беседу, как пытался преподнести Аренский.

Моя дочь — это святое и неприкосновенное даже для него, так что решила объяснить это начальству, когда Кнопка сбежала из ванной.

— Богдан, тебе …

— Двери закрой, — неожиданно резко прерывает меня мужчина.

Выполняю просьбу, хотя прозвучало больше как приказ, но мне сейчас важнее донести до него свою мысль.

— Богдан, не вздумай использовать мою дочь для достижения своих целей.