Вот только от его слов мое сердце пустилось в жуткий галоп.

Что это, если не признание в любви и верности?

Мой перелет, как и переживания за Матвея, не прошли бесследно. Наши с Фуллером малыши родились преждевременно, в той же клинике, где перенес операцию их счастливый папаша.

Все трудности с оформлением документов, поиском подходящего места проживания на первое время, пока врачи не разрешат перелет, а также покупкой детской одежды, легли на широкие и мужественные плечи Штормова Дэна.

Через несколько часов после родов в больницу примчалась Прасковья, готовая свернуть горы и парочку голов. Но не пришлось. Девчонка своим обаянием покорила медицинский персонал. Мужскую его часть. А женская поддалась чарам Штормова, который, как выяснилось, умел широко улыбаться."

"Матвей громко возражал против моего решения. Но я стояла на своем. Крестным отцом одного из наших сыновей стал Дэн. Крестным папашей второго малыша был заочно назначен Феликс, вынужденный отсиживаться дома. Но упрямец все же настоял на возвращении в «Фуллерит» и теперь зычным ревом командовал строительной бригадой, которая немного не укладывалась в срок. Ведь мои малыши появились на свет чуточку раньше.

Глава 47

— Вот так, — ласково проворковала Дарина, а мое сердце ухнуло в район желудка. — Держи головку и не забывай дышать.

Кажется, так сильно я никогда не боялся во всей своей гребаной жизни. Даже когда пацаном понял, что сижу в запертой комнате, и выхода из нее нет.

А сейчас руки тряслись, и крошечный притихший комочек казался мне легче воздуха, но дороже всего на свете. Дарина сидела рядом, устроив голову на моем плече. Второй малыш сопел на ее руках. А я представлял, как они сейчас выглядят. Все втроем.

— Расскажи… — пробормотал я, голос почти сел, и больше я не смог выдавить ни звука.

— Ну, мне кажется, Тим все же похож на тебя, а Рома на Феликса. По крайней мере, ниже пояса, парни точно пошли не в меня! — захихикала Дарька, стремясь разрядить обстановку.

Но мне было не до смеха. До трясучки переживал каждый раз, когда брал сыновей на руки, боясь им навредить.

Хотел потребовать подробного описания, как малыши сейчас выглядят, куда смотрят, хмурятся, улыбаются, но Даря вновь сонно зевнула. Решил не мучить ее.

— Уснули? — тихо прошептал я.

— Угу, — выдохнула Дарина. — Давай устрою их в колыбельку.

Терпеливо ждал, пока девчонка уложит мелких карапузов в свои кроватки. Не хотел уходить из детской. Тихое воркование жены меня всегда успокаивало, усмиряло моих демонов.

Дарина, устроив детей, подошла ко мне ближе. Ее волшебные руки тут же легли на мой затылок. А я лишь подался вперед, обнимая девчонку за талию и прижимаясь к ее животу лбом.

Это ли не кайф? И сегодня мне чудилось, будто этот кайф стал еще острее.