— Да? — муж смотрел на нее озадаченно. — А он точно не… не… не….

— Он не алкоголик, — сухо ответила Марфа, доставая тарелки из буфета. — Но я с ним поговорю, если тебе угодно.

— Не надо, — Клаус коротко обнял ее и убрал бутылку обратно в буфет. — Мне не жалко ликера. Я просто переживаю. За твоего… почти брата.

— Давай завтракать.

— Давай, — Клаус принялся загружать хлеб в тостер. — Я поговорил с Фанни, она будет пока работать без тебя. — Марфа вздохнула, а Клаус продолжил: — Ну тебе же надо будет уделить время Роману. Помоги ему, чем можешь. Несколько дней не решат ничего принципиально.

Марфа с кислым видом кивнула. Фанни — это ее помощница. Хотя пока так выходит, что временами это Марфа — помощница Фанни. В общем, эта энергичная девушка помогла Марфе в освоении нюансов ведения дел в ресторанах Клауса.

— Спасибо, — пробормотала она.

Клаус лишь кивнул.

— Ты сегодня кофе с молоком или без?

Когда они прощались с Клаусом у входной двери, из своей комнаты выполз Ромочка — небритый, лохматый и какого-то черта невероятно привлекательный — с темной щетиной, беспорядком на голове, джинсах и мятой футболке.

— Доброе утро, — он прикрыл рот, маскируя зевок. — У Курта отличная куртка.

Удавить гада мало!

— Отличная пижама, РОман, — не остался в долгу Клаус. — Я помню про водку.

Мужа пришлось буквально выпихивать за дверь. А потом Марфа через окно кухни наблюдала, как выкатывается из гаража «мерседес» Клауса, как он выезжает за ворота.

За спиной раздался звук шагов, и она обернулась. Ромочка соизволил умыться и пригладить волосы. И выглядел все так же… гадски.

— Завтракать будешь?

— А кто завтрак готовил?

— Клаус.

— Я не голодный.

Марфа со стуком поставила на стол тарелку с сыром.

— Этот сыр резала я. Жри, давай, Ракитянский.

Глава 4. Выходи, Леопольд! Выходи, подлый трус!

— Зачем ты ночью пил?

— Вы кушайте, кушайте, мы не считаем, что вы уже третьею котлету едите, — пробормотал Ракитянский.

— Ответь на мой вопрос.

— У вас все бутылки в доме посчитаны?

— Или ты отвечаешь на мой вопрос, или идешь жить в гостиницу.

— У меня бессонница была! — раздраженно буркнул Роман, потянулся и налил себе кофе. — Куплю себе сегодня водки. В вашем благословенном Фатерлянде водка продается?

— Только попробуй! — Марфа налила ему в чашку молока. А потом одернула руку. Не хватало еще за ним ухаживать! А как же гостеприимство? И почему ты помнишь, какой он кофе любит?! Давай, испеки ему хлопковый чизкейк, как он любит. Твою мать! — Клаус спрашивал меня сегодня, не алкоголик ли ты.

— Успокой его. Скажи, что я еще клептоман, фетишист и эксгибиционист.

— Поздравляю, ты знаешь массу умных слов про извращения!

— Это называется — девиантное поведение, — Рома с видимым наслаждением пил кофе.