И не заметил!

– А что именно сделал злоумышленник?

– Я решил модернизировать производство, для этого закупил импортную автоматизированную линию, которая прямо-таки напичкана различной электроникой. Так вот, в программное обеспечение линии была внедрена вредоносная программа, которая в отведенное время устроила запуск, что выглядело, на первый взгляд, как обычный сбой оборудования. Например, из-за перепада напряжения. И если бы миланские инспектора не стали так глубоко копать, похоже, на него бы все происшествие и списали в конечном итоге.

– Как это можно было сделать? Технически я имею в виду."

"– Специалисты говорят, только вручную, или с главного компьютера, или непосредственно с консоли управления, что расположена на самой производственной линии.

– То есть требовалось личное присутствие злоумышленника в производственном цехе?

– Именно! Что, учитывая строгую пропускную систему и камеры видеонаблюдения, которыми буквально напичканы все производственные и складские помещения, просто невозможно.

– Ну что какая-то пропускная система для талантливого хакера? – задумчиво пробормотал Гуров. – Просто семечки.

– Для кого? – не понял Соловьев. – Хакеры, они ведь все больше в Интернете обитают.

– Не скажи, Виталий Егорович, – покачал головой Лев. – Мне тут недавно доходчиво объяснили, что вредоносная программа – это и есть компьютерный вирус. А поскольку в расследовании покушения на твою жену замешан некий талантливый хакер, не мешало бы нам кое-что проверить.

– Что именно? Неужели ты всерьез предполагаешь, что здесь есть связь? Между саботажем на производстве и покушением на Алину?!

– А ты дай доступ специалистам Управления к заводским камерам видеонаблюдения, а также к компьютеру погибшего исполнительного директора, вот и проверим! Обещаю полное неразглашение всевозможных коммерческих тайн, которые мои парни сумеют ненароком обнаружить.

Говоря последнюю фразу, Гуров хотел пошутить, чтобы немного расслабилось лицо собеседника, ставшее вдруг застывшим, жестким и напряженным. Но Соловьев юмора не понял.

– Конечно, если обнаружится связь с покушением на жену, я готов сделать все, что нужно. И согласен дать доступ. Но при условии: ты пришлешь одного специалиста, того, кого сочтешь самым толковым. И он обязуется подписать расписку о неразглашении коммерческой информации.

– Хорошо, конечно, так и сделаем.

– Значит, договорились. Тогда я дам распоряжение сегодня же. Мой юридический отдел подготовит документ. А завтра с утра твой специалист может приступать к работе.

– Добро, – кивнул Гуров, – спасибо, Виталий Егорович.

– Это тебе спасибо, Лев Иванович.