Если умело пойти по этому финансовому следу, вычислить злоумышленника – дело техники. Ну и вопрос времени, разумеется, а также ресурсов.

– А раньше ты мне все это почему не рассказывал? – удивился Гуров.

– Велась тщательная проверка всех остальных сотрудников, включая руководство. Я не мог допустить утечки информации, чтобы не спугнуть сообщников Степана, если таковые имелись. Пойми, я тебя не подозреваю в нескромности, но уши, а значит, и болтливые языки есть везде, включая то уважаемое учреждение, где мы общались в первый раз.

– Понятно. Ну и каковы результаты предпринятой проверки?

– Бог миловал. – Виталий Егорович протяжно вздохнул. – Я, правда, очень боялся, что там все или через одного окажутся продавшимися тварями. Страшно сказать, мы ведь со Степаном лет двадцать знакомы были, и я не подозревал никогда, что он способен на такое предательство. И чего человеку не хватало, спрашивается? Зарплата приличная, карьерный рост, премии. Я ведь не жмот какой, Лев Иванович! Не гребу все под себя, как другие! Ну да бог с ним.

– И что ты намерен делать дальше? – осторожно поинтересовался Лев.

– Служба безопасности продолжит поиски покупателя информации. И действовать я намерен по результатам. А со Степаном? Был бы он жив – делу пришлось бы дать законный ход хотя бы из принципа. А теперь я предпочту не выносить лишний раз сор из избы. Мы устроим ему достойные похороны, вдове выплатим компенсацию. У Степана двое детей растет – дочь-подросток и сын лет десяти. Негоже оставлять семью без средств к существованию, даже если их отец оказался корыстным предателем.

– Правильная позиция, Виталий Егорович, – одобрительно покивал Гуров.

– Да, пожалуй.

– А что же с линией, которую монтировали? Несколько дней назад ты говорил, что произошел сбой, но в начале сегодняшней беседы, помнится, прозвучало слово «саботаж». А это уже сбой злонамеренный, как я понимаю!

– Вот именно! – Бизнесмен перестал жевать и даже бросил в ажиотаже приборы на тарелку. – Это и есть настоящая загадка, что беспокоит меня! Очередная и невероятная!

– Начинаю привыкать, что в этом деле загадки появляются как грибы после дождя, – пробурчал Гуров, – но хочется услышать подробности.

– Изволь, Лев Иванович! Поскольку оборудование импортное и монтировалось под наблюдением специалистов из миланской фирмы, они не позволили нам разбираться самим. Прислали своих инспекторов с проверкой. Сначала грешили на человеческий фактор, мол, кто-то из персонала ошибся. А я самого Степана подозревал. Но потом, когда хорошенько все проверили, выяснилось, что это была настоящая диверсия. Причем мастерски организованная, нужно сказать! Все проделали быстро и тихо, так что никто из персонала или охраны ничего не заподозрил.