— Работа на барона Архарова всегда была опасной. Мою машину даже взрывали. Кажется, трижды. Ничего, я привык к угрозам, как словесным, так и реальным. Поэтому я предлагаю вам прогуляться и дать мне спокойно делать своё дело.

Ноздри Зинаиды Парфирьевны раздулись от возмущения, словно кузнечные меха. Она опалила собеседника злобным взглядом, но ничего не сказала.

В целом профессор был прав. Его выдернули из Тагила по прихоти Зинаиды, так как она не понимала, с какой стати она, жена барона, должна ехать в тьмутаракань? Пусть этот яйцеголовый едет в столицу баронства и бьёт челом об пол.

А он вон какой оказался — не только челом не бьёт, а ещё и хамит. Скотина.

Профессор потянулся к мане и направил её в энергетические центры младенца. Мальчик звонко рассмеялся, будто его начали щекотать.

— Ага. Неплохо, неплохо, — пробурчал себе под нос профессор и достал из кармана какой-то артефакт.

— Ну что там, наконец? Он станет абсолютом? — требовательно спросила Зинаида Парфирьевна, но её вновь проигнорировали.

Артефакт был похож на карандаш с рублеными гранями, сделанный из какого-то кристалла. Из артефакта ударил луч в центр лба младенца, после чего зрачки мальчика изменили свою форму, став вертикальными, а радужка окрасилась желтым.

— Даже так? — удивлённо присвистнул профессор.

Дверь в детскую распахнулась, и в неё без стука вошел барон Архаров.

— Зина, я занят. Если ты хотя бы ещё раз мне позвонишь… — прорычал барон и заметил профессора. — О! Ипполит Тимурыч, вижу, и вас моя жена отвлекла от важных дел, — улыбнулся Архаров и, подойдя ближе, пожал руку кучерявому очкарику."

"— Да что вы, Константин Игоревич, какие у меня могут быть дела? Я ведь всего лишь тружусь в лаборатории по исследованию человеческого потенциала.

Ничего серьёзного, — язвительно ответил очкарик, после чего барон и профессор припечатали Зинаиду укоризненными взглядами.

— Ой, подумаешь. Отвлекла профессора на жалкие пару часов. Ничего ужасного не произошло, — закатила глазки Зинаида Парфирьевна.

— Ещё раз подобное повторится, и тебе не понравятся последствия, — пригрозил барон. — Не смей отвлекать моих людей от работы.

— Как скажешь, милый, — равнодушно ответила Зинаида и посмотрела на свои ногти. — Вообще-то у профессора для тебя радостные вести.

Правда, Ипполит Матвеевич?

— Тимурович, — поправил её профессор и перевёл взгляд на Архарова. — Но в целом ваша жена права. Этот мальчик обладает занятным даром. Анимагией.

— Антимагией? — поразилась Зинаида Парфирьевна, уже представляя, как её сын поставит всю планету на колени.

— Нет. Ани-магией, — раздельно произнёс Ипполит Тимурович. — Это дар, позволяющий контролировать животных.

— Приручитель? — презрительно фыркнула Зинаида и посмотрела на сына, как на пустое место.