Барзул — проклятие (означает также «дурная судьба»).

Беор — пещерный медведь (эльфийское слово).

Дерунданн — приветствие.

Дур — наш.

Дургримст — клан, дом; Большой Дом (фольклорное понятие). Эротхнурл — Камень Земли (одно из самоназваний гномов). Фангхуры — похожие на драконов существа, только поменьше и не такие умные; родственники нидхвалов.

Фартхен Дур — Наш Отец.

Фелдуност — «морозная борода» (разновидность коз, обитаю­щих в Беорских горах).

Гримстборитх — вождь клана.

Гримсткарвлорсс — домоправительница.

Гримстнзборитх — правитель гномов (их король или королева).

Илф гаухнитх! — Любопытное выражение, которое означает: «Это хорошо и безопасно». Обычно его произносит хозяин дома за трапезой, оно сохранилось с тех времен, когда существовала привыч­ка подносить нежелательным гостям отравленную еду.

Ингеитум — кузнецы; оружейники, ювелиры.

Кнурла — гном (множественное число «кнурлан»), буквально: тот, что из камня.

Награ — гигантский кабан, который водится в Беорских горах (множественное число «награн»).

Тхархсвергцнднзмал — нечто, кажущееся иным, чем есть на са­мом деле, подделка, обман.

Тронжхайм — шлем Великанов.

Вор Орикз корда! — Клянусь молотом Орика!

Из языка кочевников.

Но — уважительный суффикс, прибавляемый к основному име­ни того, к кому обращаешься.

Из языка ургалов.

Дражл — корм для червей.

Нар — в высшей степени почетный титул.

Тхулкна — плетеные полосы, на которых ургалы обычно изо­бражают эмблему своего клана.

Улутхрек — Пожиратель Луны.

Ургралгра — самоназвание ургалов (буквально: те, что с рогами).

От автора

Кветха Фрикайя, что означает: «Приветствую вас, друзья».

До чего же долог был этот путь! Трудно поверить, но я все-таки добрался до конца. Много раз я сомневался, что сумею когда-нибудь до­писать эту тетралогию. И то, что я с этим справился, в немалой степени зависело от помощи и поддержки моих друзей и близких."

"Я ничуть не преувеличу, если скажу, что писать последнюю часть «Наследия» было самым тяжелым делом в моей жизни. По самым различ­ным причинам — личным, профессиональным и творческим — эта книга оказалась для меня настоящим вызовом. Я горд, что сумел ее закончить, но еще больше, пожалуй, я горжусь самой этой книгой.

Оглядываясь назад, я нахожу, что просто не в состоянии оценить свое отношение ко всей тетралогии в целом. «Эрагон» съел двенадцать лет моей жизни — то есть на сегодняшний день почти ее половину. Эти книги изменили меня самого и мою семью, а тот опыт, который я приоб­рел в результате, поистине бесценен. Понадобилось бы еще четыре та­ких тома, чтобы о нем рассказать.