И тут снова заговорила Арья:

— Я бы хотела надеяться, что вы оба все же способны прийти к некой дружеской договоренности, и…

— Конечно, — перебил ее король Оррин. — Я тоже очень на это надеюсь. — Он метнул быстрый взгляд в сторону На­суады. — Но, боюсь, несколько твердолобая решимость На­суады не позволит ей понять, что в данном случае ей лучше было бы покориться судьбе.

Арья сделала вид, что не слышит его, и продолжила:

— …как справедливо заметил Датхедр, мы никогда не стали бы вмешиваться во внутренние дела вашего на­рода и позволили бы вам самостоятельно выбирать себе правителя…

— Я прекрасно помню, что он сказал! — с издеватель­ской усмешкой снова прервал ее Оррин.

— …однако же, — как ни в чем не бывало продолжала Арья, — будучи союзниками варденов, скрепившими союз с ними клятвой, мы — и я просто вынуждена сейчас об этом сказать — рассматриваем любое нападение на них, как нападение на наш народ, а потому будем отвечать соот­ветствующим образом.

Выражение лица у Оррина внезапно стало кислым, даже щеки как бы втянулись внутрь. Но он промолчал. Зато заговорил Орик:

— То же самое абсолютно верно и в отношении гно­мов, — сказал он — и точно камни загрохотали где-то глубо­ко в подземелье.

Гримрр Полулапа — он принял человеческое обличье, оказывая честь высокому собранию, — поднял свою иска­леченную конечность с тремя уцелевшими пальцами, вни­мательно изучил ногти, более похожие на когти, и промол­вил неторопливо:

— Нам безразлично, кто станет королем или короле­вой, если нам будет даровано право, обещанное ранее, всегда сидеть рядом с троном. И все же договор мы заклю­чали именно с Насуадой, и именно ее мы будем поддержи­вать, пока она не перестанет быть вожаком стаи варденов.

— Ах так! — вскричал король Оррин и даже слегка на­клонился вперед, опираясь рукой о колено. — Но ведь она больше не «вожак стаи варденов»! Их вожак — Эрагон!

И снова все дружно повернулись к Эрагону. Он чуть по­морщился и пояснил:

— На мой взгляд, всем давно ясно, что этот пост — пост предводителя варденов — был мною возвращен Насуаде, как только она вновь обрела свободу и вернулась к нам. А если кто-то этого еще не понял, то пусть поскорее рас­станется со своими заблуждениями.

"— Ну еще бы! Ты говоришь именно то, что должен ска­зать, — нехорошо усмехнулся король Оррин. — Ты же при­нес ей клятву верности. Разумеется, ты обязан поддержи­вать ее мнение. Однако ты — всего лишь верный слуга, защищающий своего хозяина, и твое мнение имеет не больше веса, чем мнения моих собственных слуг!

— Нет! — спокойно возразил Эрагон. — Насчет моего мнения ты как раз совершенно не прав.