Если он волшебник или колдун, то, кто знает, почему он некогда поселился в Карвахолле?»

Эрагону и самом)' тут же пришло это в голову, а потому он осторожно сказал, в упор глядя на Брома:

— Мы с Сапфирой кое-что поняли: ты ведь и сам умеешь пользоваться магией, верно? Ведь именно благодаря ей ты сумел разжечь костёр в наш самый первый день на равнинах, да?..

Бром едва заметно кивнул и признался:

— Да, порой мне удаётся довольно умело её использовать.

— Но тогда почему же ты сам не сразился с ургалами? И вообще — нам не раз могло быть очень полезно это твоё умение. Ты, например, мог тогда защитить нас от бури, чтобы нам хоть глаза не так сильно пылью запорошило!

Бром снова неторопливо набил трубку и раскурил её, потом немного помолчал и только тогда ответил:

— На самом деле причина этого весьма проста.

Я ведь не Всадник, а значит, ты, будучи Всадником, даже в минуты наибольшей своей слабости гораздо сильнее меня. И кроме того, моя молодость осталась далеко позади, я уже не так силён, как когда-то. И каждый раз, когда мне приходится прибегать к магии, это становится для меня все труднее и труднее.

Эрагон, растерянный и пристыженный, потупился:

— Извини, я не хотел…

— Не извиняйся.

 — Бром поднял руку. — Ты же не мог этого знать. Но старости никому не избежать.

— А где ты научился магическому искусству?"

"— Об этом я расскажу тебе когда-нибудь потом… А пока скажу только, что было это очень давно и очень далеко от этих мест. И у меня был очень хороший учитель. Так что в случае крайней необходимости я всегда могу воспользоваться его уроками. — Бром снова помолчал, прочистил свою трубку острым осколком камня и прибавил: — Я знаю, у тебя ещё много вопросов, и я обещаю, что непременно на них отвечу, но хотя бы с некоторыми из них придётся подождать до утра.

 — Он наклонился к Эрагону, глаза его сияли. — А пока запомни одно: не вздумай впредь сам испытывать свои магические силы, ибо магия отнимает не меньше энергии, чем сражение одновременно с несколькими противниками. Именно поэтому ты чувствовал такую усталость, когда сразился с ургалами. Именно поэтому я так на тебя сердился. Это действительно было очень рискованно, Эрагон. Ведь если для сотворения заклятия требуется больше магических сил, чем есть у человека, который это заклинание произнёс, человек этот неизбежно гибнет. Так что прибегай к магии крайне осторожно и только в таких случаях, когда ничего другого уже не остаётся.

— А как узнать, сколько сил требуется для воплощения в жизнь того или иного заклятия? Как сберечь свои жизненные силы? — спросил перепуганный Эрагон.

Бром поднял обе руки, точно сдаваясь.

— Насколько мне известно, этого узнать заранее никак нельзя. Вот почему волшебник должен очень хорошо представлять себе пределы своих возможностей.