Размещали нас в учебном корпусе, совершенно однотипном с тем, которые были в «Пламени». Две гражданские тетки в синих рабочих халатах выделили десяток раскладушек, новеньких, явно вывезенных с какого-то склада, постельное белье, солдатские одеяла. Сказали, что под нашу компанию отвели целый класс. Ладно, поживем пока табором, а дальше посмотрим. Все лучше, чем на улице ночевать.

Проследив и убедившись, что все устроились и у всех все есть, я пошел в штаб. Доложился у дежурного, но тот мою идею представляться командиру с повестки снял за неактуальностью, а сказал, что ждет меня начальник разведки.

И объяснил, где его кабинет. Я пошел по первому этажу до самого конца, миновал стойку дежурного по связи и стальную дверь в «спецсвязь», затем уперся в еще одну дверь с картонной самодельной табличкой «майор Копылов». Лаконично так, емко.

Майор Копылов был среднего роста, шириной плеч равен собственному росту, а толщиной пальцев сразу вызывал мысли о том, что на мобильных телефонах клавиши можно делать и побольше. Он показал мне на стул напротив, вежливо спросил, как доехали, подразумевая, что надо бы доложить подробности.

Подробности я изложил, похоже, что ничего нового для него в них не было, разве что когда я рассказал о сатанистах-наркоманах из монастыря, Копылов что-то пометил в большом блокноте с отрывными листами. Затем он спросил, что мы думаем делать дальше?

– У нас груз…

– Я знаю, – перебил он меня. – Меня предупредили из «Пламени». Просто на этом самом месте цивилизация, считай, заканчивается.

– А в Нижнем что? – предчувствуя плохие новости, спросил я. – Мертвячье царство?

– Если бы, – поморщился он. – Не только. Вообще город забит мертвяками.

Канавинский мост взорван, какие-то кретины пытались так остановить мертвяков. У автометромоста стрельба который день. На Бор теперь только паромом, но и там тоже драка. Кто с кем и кто чем владеет, понять невозможно. Волжский мост вроде бы цел, но…

– А кто с кем воюет? – удивился я. – В смысле люди друг с другом сцепились?

– Похоже на то, нормальных и точных сведений оттуда не имеем, – подтвердил Копылов.

– И как же нам на противоположную?

– Вертолетом можем закинуть, но тебе же с транспортом, верно? – спросил он.

– Верно, – подтвердил я.

 – Нам без машин дальше делать нечего, вечность добираться будем. Да и потом, мало ли как все повернется? Над самой «Шешнашкой» не летали?

– Самолет летал, сразу, как ваши на связь вышли, – ответил он. – Послали борт. Сесть там негде, полоса на аэродроме перегорожена через каждые пять метров. Какие-то люди крутятся снизу, но кто и что – черт их разберет. Броня видна, суета, вроде бы перестрелки местами. По самолету из «зушки» долбанули, правда, криво совсем, зенитчик бестолковый, даже упреждение не прикинул.