Домбровский разве что спросил:

– Это ты туда моего Тимохина угнал?

– Да, туда, – рассеянно кивнул Бурко. – Он свои дела уже сегодня заканчивает.

– Это хорошо, он мне на месте уже потребен.

Вскоре машины свернули на охраняемую территорию, состоящую из двух старых складов и кирпичного административного здания. Раньше здесь размещались складское хозяйство и контора какого-то государственного предприятия, а потом они решили здесь вместе с военными организовать нечто вроде постоянно действующего пункта боевого управления, очень уж удачно эта территория была расположена: всюду близко, все дороги к городу перекрывает и аэродром совсем рядом. Держать здесь планировали еще и до роты войск, и даже один вертолет. Но это все было в планах, пока здесь была только охрана из салеевских и работало сразу несколько бригад строителей.

На большой асфальтированной площадке стояло несколько машин – грузовики, кран, бронетехника, два «Водника» с «Пасеки».

– А ничего так развернулись, – одобрительно кивнул Домбровский. – Крепнет твое царство.

– Ага, крепнет, – кивнул Бурко, жестом приглашая того идти вперед.

В здании было шумно, пыльно, на Бурко никто из рабочих внимания не обратил. Они с Домбровским прошли к стальной двери, которая вела в подвал, стоящий возле нее боец кивнул и отпер ключами.

– Заходи, серверную там устроили, внизу, – сказал Бурко, пропуская спутника вперед.

– Уже закончили?

– Почти. Там хоть поговорить в тишине можно.

В подвале царил полумрак, из небольшого центрального зала во все стороны вело несколько дверей, сплошь стальных. Под потолком тянулись трубы, свет был тусклым, но стук со стройки сюда доносился еле-еле: перекрытия были мощными.

– Серьезный подвал, – задрав голову, сказал Домбровский.

– Строители говорят, что за бомбоубежище может работать, – подал кто-то голос, и Домбровский обратил внимание на невысокого улыбчивого парня с приятным лицом, одетого в черную форму безопасника, бесшумно появившегося из-за одной двери.

– Это серьезно.

– Да куда уж серьезней, – улыбнулся тот.

– Ваня, да? – уточнил у него Бурко. – Прикрой за нами, хорошо?

– Как скажете, Александр Владимирович.

Домбровский с Бурко вошли в комнату, и дверь за ними захлопнулась, окончательно отгородив их от звуков внешнего мира. Николай огляделся, с удивлением обнаружив вокруг разве что грубые бетонные стены, такой же пол, пыльный и неровный, и тусклую лампочку за железной решеткой в потолке.

– Здесь вроде бы оружейка будет, – пояснил Бурко, останавливаясь у двери и складывая руки на груди. – Когда этот КП действовать начнет. А вот там, – он показал пальцем на стену, – там будет пара камер, здесь что-то вроде КПЗ или гауптвахты сделают. Так, на всякий случай, мало ли кого задержат.