Результатом его трудов стало то, что вскоре три машины, «бардак», «Водник» и «Урал» с ранеными, построились в колонну и укатили, потерявшись из виду.

После завтрака на команду наползла тихая лень, делать все равно было нечего, Рубцов не появился до сих пор, а Валера твердо рассчитывал его дождаться. Вскоре все ушли с плотины и переместились на песчаный берег затона, где и купались до одурения.

Рубцов вышел на связь только во второй половине дня, сам.

– Валера? Я примерно через час буду на плотине. Подходи к комендатуре, хорошо?

– Не вопрос! – обрадовался Валера.

Когда шли обратно, обратили внимание на суету возле блока, устроенного на въезде со стороны Городца. Там крутились и местные омоновцы, или кто там еще носил городской камуфляж, и «фармкоровские» во главе со здоровенным рыжим мужиком средних лет. Валера еще обратил внимание на то, что цвет шевелюры мужика совпадает с таковым у местного начальника ведомственной охраны. «Клуб рыжих, блин».

Суета у блока осталась позади, команда неспешным шагом добрела до палаток.

– Гля, а это че? – спросил вдруг глазастый Матроскин, указывая рукой куда-то в сторону воды.

Издалека к плотине быстро приближалось крошечное оранжевое пятнышко. Затем послышался негромкий поначалу гул, а само пятнышко разделилось на два цвета – черный, мокрый и резиновый, и оранжевый, в какой была выкрашена кабина приближающегося судна на воздушной подушке.

– Ты гля, прям самолет, – восхищенно сказал Матроскин. – Нам бы такой, а? А, Старшой?

– Горючки не напасешься, – поморщился Валера. – На хрен не надо.

Вскоре катер на воздушной подушке подлетел к дебаркадеру, и Валера узнал в одном из людей в кабине Рубцова. Тот совсем не изменился с тех пор, как они виделись в последний раз. Среднего роста, не по возрасту молодое лицо, очки в тонкой оправе. Разве что раньше он был одет обычно в деловой костюм, а сейчас в легкую куртку и джинсы, и на поясе висела кобура с револьвером.

– Привет, привет, кому бы не пропасть! – вполне радостно и вроде даже искренне бывший полпред поздоровался с Валерой. – Ты как, где, чем занят? К нам какими судьбами?

– На Иваньковском водохранилище обосновались. Еще рынок держим по Дмитровке, а сейчас о торговле задумались. Решили на пробу дойти до Нижнего, ну и какую посудину присмотреть под товар.

– Пароходик? – сразу уточнил Рубцов.

– Нет, желательно баржу небольшую, чтобы на буксире таскать. Но можно и пароходик.

– Это не с нами, это с «заводскими» надо договариваться, – секунду подумав, сказал Рубцов. – А что в обмен можешь гнать?

– Торф брикетированный. Оборудование можем дать для переоборудования котельных на торф.

– Торф? – удивился Рубцов.