Мешал уже спущенный до колен комбинезон, который в таком положении оказался огромным как диван: даже не верится, что я в нем мог в кабине уместиться. – Но завтра у нас вроде как смена караула у точки.

– Завтра сами справимся, но вообще ты летай как можно больше, тебе практика нужна.

– Нужна, кто же спорит!

Унты удалось стащить наконец, а следом за ними и комбинезон. Без него я словно половину веса потерял, настолько он тяжелый. Так привыкаешь и не обращаешь внимания, но вот как снимешь… зато теплый, летаешь в открытой кабине – и вроде никаких проблем. А вообще немного обидно, что провал случился в послевоенные годы.

Провалились бы куда-нибудь в тот же двухтысячный – и самолеты были бы с отоплением, и машины тоже с ним, и вообще… весь мир был бы с отоплением, а не как мой «кюбель». Холод собачий кругом – и что я так на осень жаловался? Температура по-любому плюсовая была.

Лета бы дождаться – может, тогда как-то лучше станет? Вроде уже и прижился, но, блин… «хреновато тут у вас», как говорил персонаж из военного фильма. Хреновато. А летом, глядишь, расцветет все вокруг, зазеленеет, можно будет в реке купаться – ну и отпустит тоска.

– Дорогая, вопрос к тебе имею: Лена, подруга твоя, с Пашей давно вместе? И насколько у них все серьезно было?

Накинув дубленку, я затянул ремень с кобурой на поясе, потом уже привычно сунул револьвер за отворот. Быстро как такие привычки приобретаются.

– Лена? – переспросила Настя задумчиво. – Ну с того времени, как Паша тогда в госпиталь попал. А насколько серьезно… да так и не скажу, для нее вроде серьезно все было.

– А для него?

– Ну на первый взгляд тоже, но ты же сам видишь, что такое Паша и что такое первый взгляд.

– Да, пожалуй что вижу, – кивнул я. – Поговорить бы с ней хотелось.

Настя посмотрела на часы, затем сказала:

– Она примерно через час заканчивает, если вообще сегодня работает. Можем заехать домой – проверить, там ли она, и если нет, то заскочить в госпиталь и подвезти.

– Давай так и сделаем, если ты не против.

– Поехали.

Пожалуй, так будет лучше, если мы вдвоем к ней заедем. У меня-то с ней никаких отношений, так что не уверен, что разговор получится, а Настя все же лучшая подруга. Не знаю, сколько полезного от нее узнать сумеем, но сам факт, что с ней до сих пор так и не поговорили, – большое с моей стороны упущение.

Что-то важное она знать может. А раз время есть, то почему бы и не пообщаться?

Дома ее не оказалось. Комендантша – невысокая худощавая тетка в наброшенном на плечи тулупе – Настю узнала, справилась, что и как, потом сказала, что Лена сегодня работает. Времени оставалось еще с запасом, так что я сначала поехал на Васнецова, в «Металлоремонт».

Петраков был на месте – да и где ему еще быть.