На повязку, которую мне прицепили местные лекари, турчанка осторожно вылила содержимое бутылька. Жидкость обжигала, проникая вглубь повреждённых тканей, но это была правильная боль — боль исцеления. Я чувствовал, как клетки активно регенерируют, как срастаются перебитые нервы.

Потребуется время, чтобы полностью восстановиться. Несколько часов, может, меньше — зависит от того, насколько серьёзно повреждение. Но уже сейчас я ощущал слабое покалывание в пальцах — верный признак возвращающейся чувствительности.

Когда моя личная медсестра закончила с процедурами, приказал ей взять лист бумаги и записывать.

В двери заглянул бей, и я попросил его успокоить местных жителей, а потом вернуться ко мне.

Пока есть время, решил заняться планами возрождения моих новых земель. Зейнаб устроилась у кровати, приготовившись записывать. Её лицо было напряжённым, но покорным. Похоже, страх творит чудеса. И ведь сама напросилась.

Для начала вытащил из пространственного кольца большую часть своих зелий. Нужно было видеть, как удивилась турчанка, когда прямо из воздуха появились ящики с разноцветными флаконами.

Её глаза расширились, рука с пером замерла над бумагой.

— У тебя есть… — проглотила она окончание фразы не в силах отвести взгляд от сокровища.

— Их нужно продать туркам, — перебил её. — Через Бахчисарай. Уверен, с твоим статусом это не составит проблем. И важно: по очень хорошей цене.

Зейнаб не могла отвести взгляд с ящиков. Я продолжил демонстрацию. Рядом появились сундуки с золотом и серебром, монеты тускло сверкали в полутьме комнаты. Девушка судорожно сглотнула.

— Это… Это же целое состояние, — прошептала она.

— На них наймите людей, — продолжил, игнорируя её реакцию. — Колодцы сделайте глубже, поля приведите в порядок, скотину купите. Наймите сюда лекаря и ветеринара, мужиков привлеките. Бабы тут есть, может, и закрепятся. Но чтобы так: замуж, все дела, по-честному.

— Это у вас в стране мужчина может спать просто так! — обиженно заявила она, вздёрнув подбородок. — А у нас…

— Денег хватит на несколько лет, а может, и больше, — никак не отреагировал на её выпад. — Сделайте это место привлекательным. Требуется какую-то ирригацию здесь наладить.

— Ирри… что? — подняла бровь «жена», хмурясь.

— Увлажнение земель, орошение, — пояснил я, стараясь не раздражаться. — Нужно провести каналы от ближайшей реки, построить резервуары для дождевой воды, углубить колодцы. Это первоочередная задача.

Зейнаб записывала, то и дело поглядывая на сундуки с золотом и зелья. В её глазах читалась жадность, смешанная с недоумением. Она явно не понимала, почему я вкладываю столько в эти захудалые деревни.

— Построить мне дом, — продолжил список.