Ни в прошлой жизни, ни в нынешней.

Слепота — проблема, но не конец. Я был двойником короля, пережил 665 покушений. И в этой ситуации у меня есть несколько задумок. Не идеально, но на первое время хватит. Просто ещё одна проблема, которая пока повисит, вот только сначала другие вопросы.

— Почему Орден багряного дерьма прёт к нам со стороны монголов? — уточнил я. — Они проходят через серую зону?

— Да, — кивнул Витас, который уже снова взял себя в руки. — Судя по всему, у них какой-то договор с другой страной.

— Жмелевский… СБИ… Какова их реакция на ситуацию?

— Ставленник императора, — включился Жора.

— Он считает, что это наша внутренняя проблема рода.

— Вот же сука слепая! — улыбнулся я.

Ирония. Кто же теперь здесь слепой?

— А Служба безопасности империи? — задал вопрос.

— Вопрос находится на контроле, — хмыкнул Витас. — Они изучают угрозу.

— Орден и то, что приходят со стороны монголов… — слуга склонил голову. — Никак не относится к империи.

— Не удивлён, — я дёрнул уголками губ.

Империя оставляет нас на съедение. Точнее, не так: они сами подтолкнули нового врага на меня. Как ожидаемо и приятно. А я уж было думал, что обо мне забыли.

— Добыча кристаллов прекращена, — заявил Витас. — Все люди ставленника императора покинули наши земли две недели назад.

— Жмелевский прислал нам сообщение, что мы нарушаем договор с Его Величеством, потому что не можем обеспечить безопасность на территории рода, — сообщил Жора. — Это повлечёт сначала штраф, а потом претензию в самом факте надобности земельного рода Магинских.

— Ай, молодца! — закивал я. — Вот же красавцы! Хорошо… хорошо…

— Господин?.. — в голосе Жоры звучало недоумение.

— Хвалю противника.

Как они это интересно всё провернули, — я улыбнулся. — Судя по рожам, которые видел, этот Орден красных уродов — наши с вами соотечественники. Их как-то перенаправили в Монголию. Там договорились, и теперь они на нас нападают. Ещё и как всё оформили, чтобы были претензии к Магинским.

— Не пойму, вы рады, господин? — Медведь сделал задумчивое лицо. Его брови сошлись на переносице, образуя глубокую складку."

"— Часть меня да, — ответил честно. — Хороший вызов, а не то, что было раньше. Я расту, и мои враги вынуждены стараться. Как это может не радовать?

У всех на лицах застыло недоумение.

Объяснять? Нет, не стоит. Не поймут. Только Лейпниш, кажется, начал вникать в мою логику — как военный он ценил хорошую стратегию, даже вражескую.

— Так, что у нас там ещё? — хлопнул себя по коленям.

— Ваша… — замямлил Жора. Слуга запнулся, словно подбирая слова. — Ваша… Тётя… Она хочет с вами встретиться.

— Как мило, — улыбнулся я. — На родственные чувства потянуло?

— Не могу знать, — пожал плечами слуга. — Но это не просьба, а…

— Ух! — передёрнуло всё тело.