— На удивление, потревоженные индервы тут же продолжили свои танцы.

Я стою, не зная, что делать дальше. Луны почти не видно, ночь уже не такая темная, но не из-за луны — тьму постепенно сменяют предрассветные сумерки. Это что же, я всю ночь на бестий смотрела?

Ругаться с драконом невыгодно и опасно, это противоречит выбранной мной тактике, да и просто надо хотя бы в академию вернуться, а там уж при большом желании ругаться. Подавила раздражение.

— И все же, — произношу я, глядя на все еще как ни в чем не бывало сидящего на траве дракона. — Почему ты привел меня сюда?

— Скажем так, я решил объяснить свою позицию и показать, что принимать глупые подарки от чужих, особенно цветы, это вульгарно.

Вместо уничтоженного цветка ты получила целый пруд цветов, но при этом ни один не сорван, не завянет, навсегда останется в твоей памяти, ты никому и ничего не останешься должна.

Дракон красиво все говорит, конечно, но, видимо, я совершенно не романтичная натура, или я иначе воспитана. Во-первых, у меня создалось впечатление, что Харт просто красуется и захотел в некотором роде обыграть полевого эльфа.

Во-вторых, сама прогулка разве не подарок? Пусть нематериальный, не стоящий денег, но все же дракон потратил свое время и силы, чтобы привести меня сюда. Ну и наконец сама теория нематериальных подарков кажется мне слабоватой. Если бы Рэйген узнал про леденец в моей сумочке, то что, мы бы дальше полетели на шоколадную фабрику смотреть производство конфет?

Харт поднимается с травы.

— Летим обратно, — то ли спросил, то ли утвердил дракон и направился в кусты. На поляне Рэйген перевоплотился, и поскольку уже не так темно, я смогла рассмотреть цвет дракона.

— Изумрудный, — выдохнула я с восторгом.

Харт иронично на меня посмотрел, и его чешуя мгновенно стала антрацитово-черной.

— Что? Как? — озадаченно произношу я, и черный дракон вмиг становится белым… в синюю крапинку.

— Драконы способны менять окрас? Потрясающе!

Я чуть в ладоши не захлопала. Вот это новость.

— Рэйген, а можно я по тебе научную работу напишу?

Дракон мгновенно вернулся в человеческую форму и оказался возле меня недопустимо близко и больно схватил за запястье. Глаза Харта гневно сощурены.

— Я что, по-твоему, бестия, чтобы ты по мне научные работы писала?

Ой.

— Нет. Наверное. Не то чтобы, — да, врать я умею плохо. — Я в том смысле, что драконы — раса весьма мало изученная, и форма крылатого ящера, как ни крути, в моей области знаний, но ведь надо брать все в совокупности…

— Ладно, пиши по мне научную работу, — сказал все еще взбешенный дракон и принялся раздеваться. На землю полетел пиджак, рубашка. Харт взялся за ремень.

Мгновенно повернулась к дракону спиной и для верности закрыла лицо руками.