Кузнечиков на нем становилось все больше, а мыши выпрыгивали из стеклянных шкафов, занимая весь пол.

— Вот ведь канальи! — воскликнул капитан, поджимая ноги. Теперь он понимал тех, кто боялся этих тварей.

— Держи их туг, лейтенант, а мне нужно отлучиться по делам!

— Я буду бить их веслом! — крикнул лейтенант, запрыгивая в лодку.

— Это может продлиться долго! — предупредил Лупареску, затем выскочил в коридор, захлопнул дверь и какое-то время придерживал ее всем телом, прислушиваясь к шуму неравной борьбы, которую вел лейтенант Боцак.

Несмотря на все предосторожности, несколько мышей все же проскользнули в коридор и удивительным образом стали стремительно размножаться.

— Да пропадите вы все! — крикнул он и понесся по пустынному коридору. Уже на втором повороте капитан сумел оторваться от преследования и, заскочив в какую-то палату, захлопнул дверь, а мыши прошли косяком дальше — к кабинету физиотерапии.

Было слышно, как они переворачивали тренажеры и вгрызались в стены. Это было ужасно.

Капитан перевел дух и, повернувшись, увидел четыре каменных стола, на которых в позе лотоса восседали четыре мудреца.

«Ну что сегодня за день, а?» — подумал капитан и смахнул с лица пот.

— Здравствуй, путник, мы раны видеть тебя в пещере познания. Зачем ты пришел к нам, какая нужда заставила тебя проделать этот путь? — спросил один из мудрецов.

Лупареску низко поклонился мудрецу и уже собрался ответить тем же витиеватым слогом, когда вдруг обнаружил, что перед ним не мудрец в позе лотоса, а тот самый Отто Тирбах, которого Лупареску сам же так и назвал.

— Отто? — удивился он.

— Да, сэр, это я… — ответил Отто, садясь ровнее и надевая растоптанные шлепанцы.

— А я тебя, между прочим, уже сдал и продал! — воскликнул Лупареску. Другие мудрецы в пещере удивленно на него уставились.

— Как это, сэр? — удивился Отто.

— Я тебя подставил, недоносок! Твоя подпись была главной твоей ошибкой, придурок! Спецчернила испарились — и что осталось на бумаге?

— Что там осталось, сэр?

— Там осталась твоя подпись, придурок! Ты теперь похититель старых штанов, блин!

— Каких штанов, сэр?

— Таких штанов. Взрывоопасных. Поймал я тебя, тардионский шпион, поймал. Зачем штаны на взрывчатку переделывал, а? Взорвать нас хотел? Распылить на молекулы объединенные силы Аркона? Никогда! Слышишь?! Ни-ког-да!

Капитан так замотал головой, что услышал треск собственных позвонков.

— Никогда тебе не удастся сделать это, пока…

Внезапно вдохновение оставило Лупареску, и он замолчал, переводя взгляд с одного пациента палаты на другого.

— Так… заминка вышла, — признался капитан. — Я скоро вернусь, ждите…

С этими словами он выскочил в коридор, а в палате воцарилась тишина.