— Здорово, — кивнул Ферлин, собирая винтовку и присоединяя глушитель. — Про трубу что знаешь?

— Э-э… — Перкинс поскреб в затылке, вспоминая. — Трехступенчатое глушение звука и еще — сорок децибел. Что это такое, я не знаю.

— Зато я знаю. Спасибо, приятель, ты сэкономил мне кучу времени. Патроны где?

— А вот туг, в уголочке. — Перкинс перешагнул через ящики с сухим пайком и, достав тяжелую коробку, с грохотом поставил на монтажный стол.

Ферлин поднял крышку.

— Полный комплект. Спасибо еще раз, Сэм.

— Пожалуйста.

— А что, есть рекомендации?

— Да. Вот эти шузы не бери, они хоть и высокого класса, но уж больно сильно пружинят. У нас их все сначала похватали, потом заменили на «степ-четыре»…

— А броники?

— Броники все хороши, бери, какой потянешь.

— Возьму «пятерочку».

— Да ну? Ты хорошо выглядишь — «семерка» самое то!..

— Спасибо за комплимент, коллега, но я только из госпиталя.

— А-а, — кивнул Перкинс. — Это другое дело. Ну, разомнись пока с «пятеркой», надеюсь, нас в горах встретят без салюта.

— Да хотелось бы.

100

До прилета «фрея» Ферлин успел сделать все необходимое — взял оружие с прилагавшимся боезапасом, свой револьвер, пару комплектов обмундирования с обувью и пять комплектов сухого пайка.

А еще сбегал в сортир, он здесь был особенный — просторный и отделанный полированным деревом.

Первое, что Ферлин заметил на площадке, — слишком много людей. Вместе с ним набиралось восемь, а ведь раньше в «рейды-молнии» они отправлялись впятером, и это считалось максимальной комплектацией.

Но время идет, все изменяется, и Ферлин встал в шеренгу вместе с остальными. Из тех, кого он знал, здесь были Лозе, Рауль, Перкинс, ну и сам Шепард, который пересчитал личный состав и махнул рукой, чтобы грузились в машину.

Ферлин посторонился, пропуская всех вперед, а сам задержался возле начальства.

— Слушай, Шепард, ты мне хоть какую-то наводку дай, я ведь совсем вслепую лечу! — прокричал он, закрываясь от поднимаемого лопастями ветра.

— Во-первых, Ферлин, никакой я тебе тут не Шепард, а полковник Вольф.

— Проще простого, сэр!"

"— А во-вторых, я сам ни хрена не знаю, никаких дополнительных вводных не поступало — их просто некому давать! Мы здесь крайние, и мы на переднем рубеже! Высокое начальство знает о нас только по разнарядкам — эти списаны, этим — медаль и премия за геройство! Так тебе понятнее?!

— Трудно с вами, полковник! — покачал головой Ферлин.

— Трудно, — согласился Шепард, — зато интересно.