Стоят у камеры домофона как три тополя на Плющихе и демонстрируют мне внушительный пузырь односолодового. Пустил. Ну а что еще мне было делать?

На удивление никто меня пытать не стал. Но в определённой кондиции я и сам понял, что меня душит и выкручивает суставы все то болото, в которое я угодил по собственной же милости. И вот мы сидим на моей огромной лоджии, за панорамным остеклением которой разноцветными огнями кипит бесконечная ночная Москва. Парни о чем-то тихо переговариваются, обсуждают насущные проблемы и радости, а я вдруг нарушаю свое молчание и произношу невпопад:

– Я девушку просрал, – и тут же на меня в удивлении уставилось три пары глаз.

– Э-м, какую такую девушку? – осторожно спрашивает Громов.

– Любимую, – прикрываю я глаза и наконец-то подвожу закономерную черту под всем тем бесконечным спектром чувств, что я испытываю по отношению к своей Ярославе.

– Чувак, ты пьяный или обжабанный? – спрашивает Ветров, но Гордеев тут же на него шикает.

– Да заткнись ты!

– Ян, ты когда так вляпаться-то успел? – вновь осторожно спрашивает расписной.

– Да давно, пацаны. Правда дошло до меня не сразу, – и устало растер пальцами глаза.

– И кто она? – спросил Ветров.

– Сестра моя сводная, – поднял голову и уставился в ошалевшие от этой новости лица.

– Так погоди, – поднял руки вверх Стас, – если это твоя сестра, с которой, как нам известно, ты был на Бали, то какого хера ты по приезду в клубе исполнял?

Усмехнулся, покачал головой, взлохматил волосы и все-таки ответил:

– Ну так говорю же, дошло до меня не сразу.

– И как просрал-то? Эпично или еще что-то можно спасти? – хмурил брови Демид.

– Я ей погнал, что приболел, а сам поперся с вами в клуб. Ну, вот этот момент, где у меня на коленях сидит левая телка, а я ее тщательно ощупываю во всех стратегически важных местах Ярослава и увидела. А потом она уехала в Китай. В инсте я в бане, летал к ней на прошлой неделе, так она даже не вышла ко мне. Сегодня была возможность с ней по телефону поговорить, так она меня тупо скинула.

– Значит эпично, – сделал закономерный вывод Гордеев.

– Капец, ты олень, – покачал головой Громов.

А Ветров только недоверчиво смотрел на меня, а потом замахнул все, что было в его стакане и подытожил:

– Все, потеряли пацана.

Глава 71

POV Ян

День сменялся новым днем со скрипом и даже какой-то болезненной медлительностью. Учеба, офис отца, тренировка и страх перед тем, чтобы зайти в свою собственную квартиру и окунуться в муторное, пропитанное серой печалью одиночество. До тошноты все обрыдло без нее.

Несколько раз думал приехать к отцу на Рублевку, но в последний момент отказывался от этой затеи.