Пыхтя, выудила трубку и уставилась на смс от «Иннокентия»:

«Ну и долго мне еще ждать твоего звонка?»

Вот спасибо дяде Паше! Вдохнула, выдохнула и все-таки решила отписаться:

«Я на такси, не парься».

Ответ прилетел почти мгновенно:

«Ок. Только сообщи об этом моему отцу».

Вот же жук! Я даже зарычала от досады, а потом все-таки нажала на зеленую трубочку, чтобы расставить все точки над «и». Вызов этот чудак на букву «м» принял почти сразу, хмыкнув и потянув привычное:

– Слушаю тебя, Ясенька.

– Не хотела тебя отвлекать от интересных занятий, – и последние два слова я выделила особой интонацией, – вот и предложила доехать на такси, и тебе хорошо и мне в высшей степени здорово.

– Двадцать минут. Жди! На улицу не ходи, там отвратная погода, – и отключился, а я в третий раз за день недоуменно смотрела на телефон и глупо хлопала ресницами. Что это было? Забота? П-ф-ф, слабо верится, конечно. Это вообще не про Аверина. И мое мнение тут же подкрепилось, стоило мне только сесть в салон его навороченного авто.

– Что, сестрица, все хахали на сегодня закончились, да?

Вспыхнула и только было хотела выйти из машины, но сводный вурдалак дал по газам и тронулся, на ходу выливая тонны своего нескончаемого раздражения.

– Экая оказия, суббота, а ты не при делах. Простаивает твое предприятие, да? Ну ты не кручинься, родная. У тебя же есть любимый сводный брат, он как знаменитый Черный Плащ всегда спешит на помощь.

– Заткнись, – прошипела я, но кто бы меня слушал.

– Смотри, как карты чудесно легли. Ты, я, дома никого и ортопедический матрас нам в помощь. Ну же, сестрица, соглашайся. Авось понравится, так еще и бабла срубишь, – прихахатывая выдавал он гадость за гадостью.

"

"– Не хватит тебе на меня бабла, братишка, – фыркнула я.

– Ну вот, другой разговор. Мне всегда нравилась конкретика, Ясенька. Сколь тебе надо, говори? – и его рука вдруг резко опустилась на мое колено, облаченное в тонкий капрон. Скинула ее как ядовитую змею, а потом буквально закричала.

– Тронь меня еще хоть раз и, клянусь, что я плюну в твою мерзкую, самодовольную рожу! Ты, помойное ведро, что тащит без разбора в свою койку все, что движется, смеешь мне предъявлять за неразборчивость? Ты? Да ты просто смешон и жалок!

– Еще слово и я тебе наглядно продемонстрирую до какой степени я смешон и жалок, Ясенька.

На заднем сидении, мать твою! – и его мимолетный, но красноречивый взгляд подсказал мне что все – шутки, между нами, давно закончились.

– Урод, – проорала я, одновременно наворачивая уровень громкости музыки на максимум так, что это слово потонуло в громком бите клубной музыки.

Остаток пути прошел в полном молчании, между нами.